Аргарэн стоял возле дальней от меня стены, все так же сложив руки на груди. Напротив, с наружной стороны решетки, я увидела Тулариса. Мастер, как оказалось, говорил обо мне:
– Отдай мою ученицу, и Орден будет более милосерден к тебе.
Напрасно! Разве когда-нибудь Аргарэн отдавал свою добычу? В подтверждение моих мыслей саркастическая усмешка скользнула по его губам, чтобы вновь раствориться в холодной невозмутимости узника.
– А если нет, будет менее милосерден? – насмешливо прозвучал низкий бархатный голос, такой знакомый и волнующий голос моего прежнего Учителя, казалось, уже совсем забытый за три года, минувшие после моего ухода в Орден из его Обители. Моего предательства... И хотя именно так расценивала магическая братия подобные действия, Орден принял перебежчицу. Почему? Да потому, что это был единственный случай, когда кто-то покинул Изгнанника. Причем не просто ученик, а из внутреннего Круга.
Что ответил Туларис, я уже не слушала. Силы безвозвратно покидали раненое тело, а сделать надо было еще немало. На некоторое время повреждения, причиненные астральным ожогом, можно заблокировать. Главное успеть. Как только Туларис поймет, что злой гений Ордена не собирается сдаваться и сотрудничать на условиях победителей, он подаст команду спрятавшимся магам, и они уничтожат Аргарэна огненной волной, единственным видом стихийной магии, которым Изгнанник, по их убеждению, практически не владеет. Лучшие мастера Цитадели несколько раз пытались развоплотить Аргарэна, с помощью магии стихий, причем в разных комбинациях, но безуспешно. Он неизменно побеждал и уходил невредимым, причем заклинания огненной магии не использовал ни разу. Потому магическая темница блокировала все стихии, кроме нее... Однако никто не сомневался, что маг может напоследок выдать какой-нибудь неприятный сюрприз, потому в случае отказа от сотрудничества убивать его собирались сообща, забыв о древних канонах равновесия, об уставе Ордена и правилах магических поединков.
На изгнанников, объявленных вне закона, правила не распространяются – объяснял мне как-то Туларис.
Пока эти мысли проносились где-то на фоновом уровне сознания, я не бездействовала. Какие бы подарки не готовил Аргарэн, у меня тоже были свои... сюрпризы.
Жаль было расставаться с любимым оберегом, пусть даже Аргарэн оборвал нить связи, но ничего не поделаешь, жизнь дороже, даже если и не своя...
Создавать иллюзию, а потом материализовывать её меня тоже научили отнюдь не маги Ордена. Это был третий дар Зорги. Если бы они знали, что я так умею... нет, лучше даже не думать о возможных последствиях.
А так они даже не обратили внимания, что на полу остался лежать мой «дубль», а невидимая я, превозмогая слабость и боль, поднялась и подошла к Аргарэну сзади. Кожа горела, астральный ожог добрался до тела. В этот момент Аргарэн сложил руки за спиной, облегчив мне задачу. Секунда, и в его руках был серый комок энергии, напоминающий клубок шерсти. Надо отдать Аргарэну должное – маг не дернулся ни единым мускулом. Из серого клубка, соприкоснувшегося с энергией Изгнанника, соткался его фантом, стоящий по-прежнему с руками, скрещенными на груди, так же насмешливо смотрящий на Тулариса. А настоящий маг стал невидим для противников.
Когда я потянула Аргарэна за рукав, он обернулся и посмотрел на меня, вопросительно подняв бровь. Он меня видел! Это значило, что маги Ордена сильно недооценивали возможности Изгнанника. Никто из орденских не проникал взглядом за мою невидимость. Я проверяла, причем разными способами, вплоть до экзотических... рассчитанных на то, что даже тренированная выдержка должна дать сбой, когда маг увидит меня сквозь пелену гипнотического воздействия. Ни разу не увидели. А Аргарэн видит! Тогда я вновь настойчиво потянула его в сторону, показывая прикрытое иллюзией отверстие в решетке, достаточное, чтобы протиснуться боком.
Теперь следовало бы позаботиться о собственном спасении, но, просчитывая пути к отступлению перед заданием, я не могла даже предположить такого поворота событий: остаться в живых после прорыва защитного контура. В живых, но полностью обессиленной ...
Фантом Изгнанника продолжал стоять, насмешливо глядя на излагающего требования Тулариса, мой фантом недвижимо лежал на полу клетки, а реальный Аргарэн повернулся к боковой решетке, не выпуская серого клубка из рук и внимательно наблюдая за мной. Потом вытянул руку, схватив меня за предплечье, и подтащил к себе.