Дочь кусала побелевшие губы. Лицо рдело, будто выкрашенное свекольным соком. Взгляд был жалкий и растерянный.
— Так ты советуешь, папа, делать вид, что ничего не случилось?
— Да о чем же я толкую тогда? Ну конечно, конечно!..
Благонравов и не предполагал, какую драму посеял он своим поручительством. Он, надо сказать, почти и не вспоминал о тех несчастных трех тысячах, не до них было. Денежный кризис в Америке подтверждал его убеждения в том, что нажива — штука эфемерная. Реальной ценностью обладает лишь реальное производство.
«Надо строить фабрику!» — повторял он себе. И долгие часы колесил по окраинам Москвы, выбирая подходящее место, осторожно прицениваясь к земельным участкам, ища такой, чтобы был открыт с южной, солнечной стороны и чтобы был надежен в этом отношении, то есть чтобы не пришло кому в ближайшие годы на ум поставить рядом другое строение, закрывающее свет. Свет был важным делом. На электрическое освещение в Москве пока что было трудно полагаться, ацетиленовое же было недостаточно сильным и чрезмерно дорогим.
Нельзя было опираться на случайные площадки, на случайных людей, на чужую лабораторию. Этим летом под настойчивое зуденье Антонины Николаевны он решился наконец снять пробную ленту в две части. Сценарий по поэме Пушкина «Бахчисарайский фонтан» написала она. Костюмы и декорации арендовали в Народном доме, актеров тоже пригласили из их труппы. Снимать, после долгих унизительных уговоров, согласился Мейер. Режиссировать (да, впрочем, какая там режиссура!) пришлось самому.
И получился конфуз! Какие-то расплывчатые тени плавали по экрану вместо изображения. Все оказалось снятым не в фокусе! Благонравов обратился к Мейеру. «Ну как же это, голубчик?»
Мейер раздраженно утверждал, что виноват неисправный аппарат, который ему подсунули, что он точно вымерял расстояние и переводил фокус в соответствии со шкалой резкости на объективе. Стали разбираться — как же так? Надписи аппарат снимает резко, отчетливо, а лица и фигуры расплываются. Выяснилось, что аппарат американского производства и шкала размечена в футах. Мейер же измерял расстояние в метрах и в футы перевести не удосужился. Когда ему это все объяснили, он разъярился еще больше. Даже ногами топал в гневе, крича и брызжа слюной:
— Я не обязан заниматься арифметикой! Пересчитывать метры на ваши дурацкие футы! Если вы честный человек, вы меня обязаны были предупредить! Так не делают в порядочном обществе, месье!
Пришлось поскорее расплатиться с ним полностью и отпустить с богом. Антонину Николаевну неудача потрясла и обескуражила, Благонравова же неудачи всегда возбуждали и давали прилив энергии. Он ко всему пригляделся, многое понял… За опыт ничего не жалко заплатить. Тем более что картина была застрахована в полную стоимость, а значит, и опыт приобретен был бесплатно…
Волжско-Камский банк, к которому Благонравов обратился со своими проектами и просьбой о ссудах, постановил ссуду дать под умеренные проценты, а директор банка снова и настойчиво советовал Благонравову вернуться к мысли об акционерном обществе его имени.
— В наши дни одно ваше русское имя может обладать притягательной силой! Русские акционеры бросятся к вам из-за одного лишь засилия иностранных имен! Вы поглядите на наши торговые фирмы. Сплошь немцы! У русского человека в глазах рябит от этих фамилий, право-с! Уверяю вас, Александр Алексеевич, рост патриотических настроений в русском обществе и протест против иностранного засилья со счетов скидывать никак не следует! Отнюдь!
Благонравов вежливо поблагодарил и пообещал, что непременно об этом подумает в будущем. Директор, которому эта тема, по-видимому, не давала покоя, заговорил о лучезарном будущем акционерных компаний, о положении на бирже, о растущих возможностях наживать большие деньги.
В кабинете жарко полыхал камин, пламя отсвечивало на полированной мебели красного дерева. Вся обстановка здесь говорила о прочности, незыблемости, постоянстве. От сверкающих лаком картин в тяжелых позолоченных рамах до вершковой толщины ковра на полу от стены до стены. Казалось, время будет вечно бежать мимо этих стен…
10
На южной половинке земного шарика разливалась в это время весна.