Наши из Гаммы, сперва посмеивались, что я веду дневник, а потом, как и все, и на всё... В общем, потеряли интерес.
Я очень изменился, я совсем не тот глупый рафинированный парень, одержимый честолюбием и гордыней, что улетал с Земли капитаном военного фрегата. Год в тюрьме Расистов мне показался чуть не в половину моей жизни, интерес к которой я уже утратил -- ведь она не имеет никакого смысла. Даже вместо расстрела, после этого, бессмысленного годичного заключения в каменном мешке, меня назначили на передовую, в Пятый Гладиаторский Корпус Октября. Почему "октября" не знаю. А гладиаторский -- говорят, что "повезло, как мёртвому в холодильнике", то есть, мы, отряд для показательных боёв. Местный император, выбирает солдат для реалити-шоу, которое снимают прямо на передовой, во время атаки -- камеры понатыканы везде. Из этого потом лепят рекламные клипы, патриотического содержания, одновременно, показывают по нескольким каналам, как развлекательный тотализатор.
Я давно перестал уже интересоваться происходящим вокруг -- я даже смерти своей ожидаю пассивно: мне просто наплевать на всё... Я пытаюсь стать фотокорреспондентом не состоявшихся событий... всё чётко и ясно - но удивительно и странно. Просто всякие странности, я отмечаю машинально, где-то в периферии своего сознания, будто сквозь шоковую зону. Нелепость здесь возведена в ранг обыденности.
Когда меня вдруг перестали допрашивать, и фонарь больше не включался -- я почти два месяца ожидал смерти. Но
они
молчали. Однажды вошёл "ремонтник" и прогнусавил сквозь маску, что меня завтра расстреляют. Так миновал ещё месяц тянущегося ожидания. Я так быстро свыкся с мыслью, что смерть неизбежна, что успокоился. Успокоился насовсем.
А когда меня вынули из камеры, полной улиток, и сказали, что великий Президент Император дарит мне возможность показать себя в бою и честь послужить величайшей империи Первых, я уже и бровью не повёл -- даже от сердца отлегло -- будет не так мрачно, наверное дохнуть, как в застенке. И ждать почти не нужно... Почему я оставался в живых все последние бои? Бежишь за счастьем -- догоняешь горе, ищешь смерти -- находишь жизнь... Закон Вселенского равновесия. Суетиться, это грех... Да уже плевать. Главное перестать желать чего-либо.
Вот и сейчас, облокотившись на гранитный парапет, и глядя на панораму Тибакана, я машинально отмечаю огромный купол города, с прожжёнными дырами в облицовке углекварцевого стекла, суету транспорта (в основном военного), на окрестных виадуках, и так же равнодушно наблюдаю восход, цвета индиго и сверкающее великолепие Утренних Радуг, полыхающих у горизонта. Так происходит почти каждое утро. Гофрированные трубы временных коммуникаций лежат, словно дохлые змеи на выпуклом щите огромного города. Да -- Тибакан переводится, примерно, как щит, укрытие... Не оправдал он своего названия...
А по склону долины двигаются дрожащие в мареве утреннего воздуха, Призраки. Призрачные, то есть, полупрозрачные танки, желтовато-песчанного оттенка, вокруг которых прямо в воздухе плывут военные аквалангисты с диковинными ружьями, перед ними, в утренней тишине, нарушаемой лишь пением птиц и тихим шумом транспорта. Вздыбливаются, словно стеклянный салют, прозрачные взрывы -- явно идёт бой, в каком-то измерении, а может быть, это, типа хрономиражей, и это когда-то случилось тут, или только случится, и совсем не тут... да мне, по сути и плевать. Это явление иногда возникает тут повсеместно, на жизнь никак не влияет, и все давно привыкли. В бытовых помещениях, Призраков как-то научились экранировать, за что отвечают специальные устройства у входных дверей, так называемые "мезузы", которые играют ещё роль идентификаторов личности и камер наблюдения. Когда первый раз увидел эти призрачные сражения, я удивился на целых пятнадцать минут, а потом и сам привык...
Моё равнодушие уже давно меня не тяготит -- напротив: мне тепло и уютно в нём после сырого каменного мешка, с фонарём и улитками. Даже страх смерти у меня притупился: я побывал уже в четырёх сражениях -- действовал, словно во сне. Спроси меня описать хоть одну стычку с январцами -- я даже и не смогу: брызги, огонь, грохот... люди... Эти странные огромные существа, которым тут поклоняются -- они выглядят по разному. Вот их я слегка побаиваюсь -- когда они рядом, ощущается страх, лёгкая тошнота и головная боль... Но появляются они редко. Некоторые из них захватчики, некоторые на нашей стороне. Именно одного из них я видел на орбите, когда, ещё в своей далёкой другой жизни, приблизился на "Прогрессе" к орбите Аттолана... Автоматически отмечаю, что нужно заканчивать своё сообщение, не понятно кому адресованное, мне? А мне оно зачем? Сейчас омовение, молитва и потом в окопы...