Каменную площадку обвивали железнодорожные стрелки, меж которыми тускло горели семафоры. Над развилкой путей нависли полосатые шлагбаумы, из-под краски которых выбивалась рыжая ржавчина. Рядом с пулемётом, с другой, от кентавра стороны, стоял яркий прожектор.
-- А что такое ПР - 29? -- почему-то именно это вопрос заинтересовал Шабу, а вовсе не присутствие тут кентавра-пулемётчика.
-- Пункт распределения, двадцать девять! -- словно отвечая на её вопрос, хрипло прокричал кентавр, -- предъявляем путевые листы!
Он перегнулся через бруствер, протягивая руку к сидящим шахтёрам.
Марк, управлявший дрезиной, и принявший на борт группу бессмертных, отцепил с пояса кожаный планшет, и подсвечивая нашлемным фонарём, беззвучно шевеля губами, стал рыться в бумагах. Затем он вынул какой-то лист тонкого пластика, и протянул кентавру. Кентавр снял с пояса маленький фонарик, зажёгшийся ярким фиолетовым светом.
-- Так... -- бормотал кентавр, разглядывая лист -- ага...
-- Слушай, Циллар, ты нас сегодня второй раз уже проверяешь, -- не выдержал Марк.
-- Надо будит, сто раз проверю, -- процедил тот, не отрываясь от своего занятия, -- а кто это с вами?
-- Да дружбан мой, из нашей бригады: Ним Бебил. У него наряд в генераторную...
-- Рога Чернобога, -- вздохнул Нимрот, -- придётся вмешиваться.
Он слегка привстал со скамьи, и простёр свою руку, на которой вдруг замерцал странный перстень, с желтоватым камнем. Свет исходил из камня, и мерцание было очень частым.
-- Мы с этими людьми, -- медленно произнёс царь, и голос его непривычно звенел в тишине залы -- едем в генераторную, на нулевой контрольный уровень, там утечка радиации, и дело не требует отсрочки! А если мы будим мешкать, или запрашивать начальство, нам всем грозят неприятности! В ваших интересах, пропустить нас, и, как можно скорее.
-- А женщины тоже с вами? -- спросил кентавр, сдвинув каску на бок, и почёсывая затылок.
Всё же обдурить кентавра гораздо сложнее, чем обдурить человека.
-- Да, -- спокойно ответил владыка Бебила, -- это специалисты из лаборатории ядерного синтеза, физики.
-- Физички, -- закивала головой Шаба, и Нимрот покосился на неё с видимым неодобрением.
Кентавр так и застыл со шлемом, съехавшим набок -- под этим шлемом явно происходила интенсивная работа мозга, что-то его очень смущало, как-то не укладывалось в голове, но вот что -- он никак не мог понять... казалось, что вот она, эта мысль, прямо перед глазами, но стоило на ней сосредоточиться, мысль тут же ускользала... а была ли вообще эта мысль? Циллар не знал. Просто беспокойство мимолётное... А если что-то не укладывалось вместе с уставом караульно-постовой службы, по тому же самому уставу, подобное стоило без сожалений отметать в сторону, что Циллар, после непродолжительной внутренней борьбы, и сделал. Да и говорил этот рабочий, очень убедительно... Зачем же тогда сомневаться, если путевой лист в порядке?
На мгновение, ему пришла в голову шальная идея, словно сквозняк в караульном помещении, что в путевом-то листе не написано ничего про генераторную на контрольном уровне, но так как они туда едут, значит, написано, а он, не заметил. Но, ведь им нужно ехать... работа стоит...
Циллар медленно, словно нехотя, вернул лист Марку, после чего, с некоторым облегчением вздохнул и поправил шлем.
-- Сейчас переключу вам... он дёрнул какой-то рычаг за бруствером, раздался лязг стрелок, и один из семафоров, зажёгся зелёным.
-- Только без фокусов там, физички, -- ухмыльнулся Циллар, -- а то будите мужиков от работы отвлекать...
-- Ах ты, конь... -- начала было Анат, но владыка Бебила крепко зажал ей рот, не смотря на серьёзное сопротивление с её стороны.
-- Странный он сегодня, -- сказал Марк хохотнув, когда дрезина набрала скорость, и её акустическая установка мерно выбрасывала резонаторный поршень с тихим посвистыванием, -- бабы ему какие-то мерещатся! Конь озабоченный! Скажи?
-- Я это и хотела сказать, -- мрачно процедила Анат, но её никто из людей не услышал.
-- И вообще, -- кивнула Шаба с умным видом, -- слово "баба" унизительное название для человеческой женщины, ограниченной низко социальными и репродуктивными свойствами.
Анат внимательно посмотрела на подругу, но та принялась изучать стены тоннеля.
Нимрот молчал, дуя губами на укушенную руку.
-- Да если целыми днями вот так вот торговать своим хлебалом на переезде -- ещё и не то начнётся, -- хохотнул напарник, обращаясь к Марку, -- синдром скалистого ужаса, слыхал про такое?