-- Не будет больше солнечного света, -- богиня, широко открыв свои огромные зелёные глаза, как зачарованная, смотрела на маленький узелок.
-- Недаром в тебе есть дар всеведения! Это мягко сказано, -- Хранитель саркастически хмыкнул, и перед Шабой сверкнул частокол зубов, -- тебя не будит, меня не будит -- никого не будит! Представляешь себе множественность Вселенных, свернувшуюся в бесконечно малую точку? Я вот, лично, нет... но чувствую, что будет хреново -- даже ЭОЛы могут трансформироваться и исчезнуть -- то есть, ваше бессмертие, перестанет быть таковым, по сути. Может, конечно потом кто-то и возродится, но это не факт... Начнётся всё заново, с чистого, так сказать, листа, через миллиарды лет...
Даже бессмертная богиня зябко поёжилась при словосочетании "миллиарды лет".
-- Если вы возродите Баала, -- продолжала Агнесс, -- узелок зацепится, потянется и всё погибнет... Всё!... Ну, не погибнет, конечно -- просто прекратится...
-- Но почему? -- Шаба снова теребила бахрому на скатерти, теперь уже нервно.
-- На этом этапе расширения нашей Вселенной, возникает узелок, предсказанный ещё великим пророком древности, Джеком Машиной, (известным так же, как Птах Инженер) около миллиона лет назад. Именно сейчас в размерности пространства-времени должен возникнуть тот самый, знаменитый "Тринадцатый Фактор". Он сломает кратность Вселенной и ткани самого пространства-времени. Появится новый принцип симметрии частиц, пойдёт цепная реакция Великого Гравитационного Коллапса, которая сможет уничтожить ВСЁ! Она прорвёт границы измерений: невидимые поля, станут осязаемыми, они разбухнут от энергий, и начнут пожирать материю, пока вся Множественность Вселенных не оптимизируется в ту самую, бесконечно малую точку. Но, так как его появление неизбежно, а в нашем нелинейном мире всегда есть поле альтернатив, то, как сказано в пророчестве, Баал не должен возродиться, став Тринадцатым Фактором -- иначе, он будет точкой разрушения, но, он может воплотиться волной, прибывая в вечной суперпозиции, тогда Тринадцатый Фактор, сольётся с Двенадцатью, и при этом останется в нашей Вселенной. Она не сможет без него расширяться далее, и взаимодействовать с остальными Вселенными! Точка этого события, должна быть здесь, на Аттолане, об этом говорит мне узелок... Но Баал будет не живой, и не мёртвый, смертный, но могущественнее бессмертного, превратится во взрослого и ребёнка... личность его расколется, и будет он подобен фотону -- волной и частицей одновременно, в пространстве-времени... Вот так...
-- Значит, его больше не будет? -- Шаба медленно произнесла это, глядя в пол.
-- В любом случае.
-- Но если мы не зацепим этот узелок, может ли его зацепить кто-то ещё? Кто знает об этом? -- Шаба мрачно нахмурилась.
-- Мут знает об этом...
-- А ты говоришь, чтоб мы плюнули на всё!
-- У него другие планы, -- Хранитель отодвинулся обратно, на свой край стола, -- он хочет контролировать ВГК (Великий Гравитационный Коллапс), и под этим соусом диктовать свою волю всем, включая Древнейших. В принципе, у него это, скорее всего не выйдет, и его так же размажет в пространстве-времени, как и Баала. Может быть, он попробует переселиться в чётное измерение, и контролировать богов оттуда, но... пройдут годы, силы его иссякнут... в общем...
-- В общем, мы теряем нашего близкого, а ты предлагаешь нам всем жить в страхе, -- подытожила за неё Шаба.
-- Ну, почему в страхе, -- дракон пожал плечами, -- вы же будите знать, что это ненадолго, так и боятся нечего: Мут слишком самолюбив, чтоб просто погибнуть, дав уничтожить ВСЁ. Даже если мальчик заскучал. Ему придётся рано или поздно подчиниться Естественному Ходу Событий. Каких-то сто, двести тысяч лет... А вот если вы продолжите свой путь, и постараетесь исполнить пророчество, и Баал добровольно согласиться стать волной -- тут, как раз, я вижу, что узелок обязательно потянут -- не вы, и не Мут... кто-то ещё... его нет в моей нити, я не знаю, кто или что это, но тогда неизбежно произойдет что-то очень скверное... очень... Не зря за это пророчество так все уцепились...
-- А мы можем, как-то, этот узелок, ну... не знаю, защитить, экранировать, что ли? -- Шаба была грустна.