Вот. Тут хоть поплакать спокойно можно! Иллюзия свободы.
Домой ее не вернут. Она зачем-то нужна Эльмару. Неужели действительно не смог найти жену среди местных красавиц? Конечно, так она и поверила.
Алиса ковырнула дорожку носком атласной туфельки. Страшно представить, что будет, если она не оправдает надежд Темного Властелина. Остается только послушно учиться и надеяться, что в ней есть хоть немного магии.
Забравшись с ногами на лавку в тени сирени, Алиса всласть наревелась и, слегка успокоившись, снова вышла на дорожку. Надо возвращаться. А то вон уже и небо алеет, да и утренняя прохлада дает о себе знать. Не хватало еще заболеть.
К больной жене Эльмар точно не захочет ночью приходить. Алиса вздохнула, вспоминая их ночь. Он был такой нежный, такой заботливый. Наверное, она ему нравится. Ну, хоть немножко.
Алиса вздохнула. Такого парня у нее еще никогда не было. Даже Эдик, — вспомнив о бывшем она скривилась от отвращения, — проигрывал в сравнении. Вот если бы Эльмар ее действительно любил.
Алиса споткнулась о камень, и подняла голову. Ну, и куда это она забрела? Не сад, а лес какой-то. Заблудиться, как два пальца об асфальт.
Она стояла на невысоком холме, поросшим сочной зеленой травой. Справа виднелась роща, слева — заросли странных деревьев с фиолетовыми цветами. Так, ну и куда идти?
— Надо же. Как давно сюда никто не приходил, — за спиной раздался бархатный мужской голос. Алиса резко повернулась и заорала от ужаса.
Перед ней стоял экспонат кунсткамеры: мужчина, у которого вместо ног вился самый настоящий змеиный хвост. Незнакомец весь, от длинных волос, до кончика огромного, метров пятнадцать точно, хвоста был молочно белый. Белые волосы, белая кожа, белый, украшенный золотыми браслетами хвост. Подождав, пока Алиса выдохнется, он спросил:
— Я что такой страшный?
— Нет, — Алиса отступила на шаг, панически оглядываясь. Бежать! Только в какую сторону?
— Тогда почему ты меня боишься?
— Нет, — Алиса отступила на шаг. Так, собраться и со всех ног вон в те кусты…
— Не успеешь.
— Что?
— Сбежать не успеешь, — существо подползло ближе.
— Ой, мамочки…
— Меня зовут Агг. Я наг. А ты Алиса. Новая жена Эльмара, — существо вдруг оказалось рядом и заглянуло ей в лицо. — Зачем пришла?
— Куда?
— Ко мне. Разве тебе не сказали, что я ем всех, кто заходит внутрь кольца?
— А ты ешь? — Алиса отступила еще на шаг.
— Ел. Только последнее время сюда не заходят. Вот вначале, когда мы с Моа сюда только перебрались, хорошо было. Частенько дичь сама приходила. Глупая. Наглая.
— Ой, мамочки… — Алиса со всех ног бросилась прочь, но гибкий холодный хвост подхватил ее и вернул на место. Сейчас самое время потерять сознание. Хоть не больно будет, когда чудище есть начнет. Алиса крепко зажмурилась, но сознание все не терялось.
Она почувствовала, как монстр взял ее за руку и закатил рукав халатика. Осторожно приоткрыв глаза, Алиса как раз успела увидеть, как наг острым когтем царапает ей кожу до крови.
— Ай! Больно! — она попыталась освободить руку, но змеюка держал крепко.
Не обращая внимания на крик, Агг лизнул рану.
— Вкусно, — он прищурился, словно довольный кот, и продолжил слизывать выступающую из раны кровь.
— Съешь меня, да? — спросила Алиса, тщетно пытаясь вырваться. Наг держал крепко, и, казалось, даже не замечал ее стараний освободиться.
— Надо бы, — задумчиво ответил Аг, и снова провел черным раздвоенным языком по ране. — Ты вкусная. Горячая. Только Эльмар расстроится, если у него третья жена умрет. А я обещал Моа заботиться о его потомках.
— Третья жена?! — любопытство оказалось сильнее страха.
— Тебе не сказали? — Агг склонил голову на бок и с любопытством посмотрел на нее.
Алиса отрицательно замотала головой.
— Ты третья жена Эльмара, — наг снова слизнул кровь. — Две первые умерли во время коронации.
— Почему умерли? — Алиса уже забыла, что минуту назад боялась до колик в сердце. Да пусть себе слизывает кровь, лишь бы рассказал, что здесь творится!
— Потому что Эльмар глупец, — спокойно ответил Агг, не прекращая своего занятия. Его первая жена, Мириэль, была глупа и горда. Она не понимала опасность темной магии. Подстрекала Эльмара мстить, убивать и карать. Пришлось ее съесть.
— Съесть?!
— Да. Она оказалась жилистой и невкусной. А ты пышечка.
Агг ущипнул ее за бок, и, услышав перепуганный взвизг, довольно улыбнулся.