Однако, у новой дороги было одно колоссальное, с точки зрения потерявшихся путников, достоинство — по ней ездили! Причем ездили многократно и недавно: в траве пролегли отчетливые колеи, а на земле, если приглядеться, виднелись следы колес и отпечатки копыт. Серый намотал себе на гриву — другие лошади здесь тоже встречаются.
Из любопытства, конь прошелся от развилки немного вперед — да, следы приходили по старому тракту с востока и уходили на север, на новую дорогу. Или наоборот? По крайней мере, местный маршрут был понятен.
С западной стороны, откуда явились они сами, следов не было. Кроме его собственных.
— Итак — спросил Серый — Что будем делать?
Аборигенов поблизости не наблюдалось, чему конь даже слегка обрадовался.
— Решай сам. — Тая пожала плечами. — Мы уже говорили.
По правде говоря, у коня были большие сомнения. Уж очень сильно не понравилась ему первая встреча.
Вот встретим мы сейчас людей, возможно, целое племя или деревню, или что у них здесь, а они нас схватят и обратят в рабство… И ничего с этим не поделать. Серый скептически оценивал свои подвиги, и понимал, что даже боевой конь (которым по факту он являлся) — не сверхоружие. Он и трёх противников одолел потому, что те не ожидали нападения. И коня ещё от прошлого раза тошнило.
Но бродить по местности бесцельно, рискуя в любой момент быть сожранным какой-нибудь пакостью, тоже не вариант. Надо было решаться. Серый вздохнул и переступил ногами.
Указатель на этой развилке тоже стоял, но совсем иной — не каменный столб с оскаленной демонической харей, как в пустыне. Более простой и строгий, деревянный, украшенный волчьей головой со стоящими ушами. Как сказала Тая — совсем другая школа. Вырезанная в дереве волчья морда смотрела на путников равнодушно и холодно.
…Они втроем выступили рано утром, на рассвете, как только конь ощутил себя здоровым и готовым к новому переходу. Незадолго до полудня путники миновали один такой похожий столб, только покосившийся и потемневший от времени. Тогда Серый лишь махнул гривой, посмотрев на заросший и нехоженый перекресток. По-видимому, это была первая дорога на «индейской» карте, которая вела налево, и по которой им не советовали идти. Конь и не пошел.
Но что их ждет за вторым поворотом?
— Пойдем и посмотрим.
И Серый решительно свернул на новую дорогу, переходя на легкую рысь.
Чем дальше конь шёл, тем больше попадались признаки обитаемых мест. Вот стоит еще один столб с грубо вырезанной волчьей мордой — простенький, а у подножия лежат кости. Вот видна недавняя вырубка, расчищавшая дорогу. Верстовые столбы стали регулярными, и сделанными более тщательно.
Всё это невольно поднимало настроение. Даже Тая начала тихо мурлыкать под нос какую-то мелодию. Хотя не прошло и недели, Серому уже осточертело странствовать неизвестно где в одиночестве, постоянно рискуя жизнью. Наверное, и остальные испытывали те же чувства.
Наконец, встретились и первые люди, возившиеся на поле, но контакта не вышло совсем: при виде коня местная собака его облаяла, крестьяне замерли на месте, а потом все вместе рванули в зеленку. Вместе с собакой. Преследовать их, конечно, не стали…
Подобная сценка повторялась еще дважды, и Серый чуял, как из чащи за ними следят настороженные глаза.
— Они что, нас боятся? Пуганые они какие-то.
— Не знаю. — Серый замотал головой. Странно, конечно. Ну конь, ну всадник. Белый конь — что здесь может быть страшного? Не дракон ведь…
Дорога петляла среди деревьев, но вскоре лес внезапно закончился. Впереди лежало открытое пространство, от которого конь уже успел отвыкнуть. Виднелись лоскуты лугов и полей. Но главное — серые деревянные стены и башни, стоявшие на высоком холме. Город. Или большое село. В открытые ворота медленно вползала телега, запряженная, вроде как, лошадью. Присмотревшись, Тая заметила ещё людей, которые возвращались в город с полей.
Наверное, всё-таки, это был город, причем не маленький — стены и башни казались высокими, за стенами виднелись многочисленные деревянные дома, которые поднимались ярусами вдоль холма, а на самой вершине стоял настоящий дворец с высокой башенкой и крутыми скатами крыш, окрашенными в зеленый цвет.
Вовремя. Вечерело, набежали облака и начало тревожно хмуриться — самое время обеспокоиться безопасным ночлегом.