— Что еще заметила? — отмахиваюсь от Горецкого.
— Это ритуальное убийство. Руны на ладонях.
— Знаешь их значение?
— Альгиз, — она как-то странно косится на тело. — В прямом положении руна жизни, а в обратном — смерть.
— Правильно. Откуда знаешь?
— У Майя была такая, — запинается Алиса, отводя взгляд. — Он рассказывал.
— Хоть что-то полезное вынесла из отношений.
— А еще на дереве вырезан другой символ, — Алиса указывает на неприметную закорючку на коре дерева, похожую чем-то на символическое изображение молнии. — Совуло.
— Высшая воля, — произношу вслух, тут же направляясь к дереву напротив.
Так и есть, точно. Здесь изображен «Дагаз». Эта руна чем-то напоминает знак бесконечности, только с острыми углами. А вот значение этого символа можно трактовать как катастрофический поворот.
Я снова опоздал чуть больше, чем на целую жизнь. Поворот уже произошел.
Алиса, как зачарованная, смотрит на руны, выцарапанные на стволах.
— Шизанутые какие-то, — передергивает плечами Макс. — Смотрите, вон, трава немного примята. Может, его оттуда волокли, а потом…
— Ага, а потом размахнулся и бросил прямо в центр, — перебивает Горецкий.
— Ладно, оставайтесь эксперта ждать, а мы прогуляемся по тропинке, — морщится напарник.
Макс осторожно идет, осматривая траву под ногами. А мы идет следом.
Впереди за деревьями виднеется несколько небольших бревенчатых зданий, имитирующих срубы.
— Там что-то вроде детской площадки или игрового городка, — поясняет Макс, когда я приглядываюсь. — Несколько домиков с лесенками и горка.
— Ты там был, что ли? — спрашиваю напарника, присматриваясь к стволам деревьев, ища новые руны.
— Да, — пожимает плечами парень. — Гулял… м-м-м… с племянниками. У сестры два шилопопых чуда. Такие места именно для них. Иначе их энергию не обуздать. Могут носиться хоть целый день.
Прям представляю, как Макс носится вместе с детьми. Это как раз ему подходит — сам еще ребенок и балбес. Не представляю его в роли примерного семьянина, хотя, возможно, найдется та женщина, которая сможет пробудить в нем хоть каплю серьезности.
Кора на стволах кое-где оборвана, но других рун нет. Меня не покидает ощущение, что я упускаю какую-то важную деталь.
«Альгиз» в обратном значении является частью обряда. А вот парочка других рун на самом деле ставит в тупик. Раньше такого не встречалось. «Совуло» попадалась на телах прошлых жертв, но никак не на предметах вокруг. Да и «Дагаз» не дает покоя. Что-то в этот раз идет не как обычно.
Сегодня на площадке нет детей, да и вряд ли в ближайшее время родители приведут сюда кого-то. Это место навсегда пропиталось запахом страха и ужаса. Даже через века знающие люди будут чувствовать, что здесь случилось.
— Кажется, больше это не будет излюбленным местом отдыха горожан, — говорит Алиса, смотря куда-то вперед.
Слежуза ее взглядом.
— Твою мать, — произносим с Максом одновременно.
Между двумя домиками с детскими горками будто парит в воздухе еще один труп. Девушка в белоснежном свадебном платье с распростертыми в сторону руками.
— Твою мать, — вновь выдыхает напарник. — Кажется, у меня только что появился ночной кошмар.
Он передергивает плечами, словно старается избавиться от наваждения. Мне хочется сделать тоже самое, но увы… К сожалению, я понимаю, что не получится.
— Не только у тебя, — шепчет Алиса, опираясь на ближайшую сосну, и шумно выдыхая.
Лицо девушки становится еще бледнее, хотя пару минут назад казалось, что больше некуда. Даже по моей спине пробегает холодок. В этом платье жертва до одури напоминает Марию Торрес. Сердце пропускает пару ударов, отказываясь верить в реальность происходящего. Даже цвет волос такой же. А еще красный ручеек, расползающийся по белой ткани.
Чудится лай собак где-то вдалеке, а еще будто бы вот-вот выйдут на порог ее отец и мать.
Пару раз моргаю, чтобы избавиться от навязчивого воспоминания.
Это все в прошлом, Демарко. Совершенно не нужно тащить его в настоящее. Холодный рассудок и трезвая голова…
— Он еще здесь,— неожиданно шепчет девушка, перебивая ход моих мыслей.
— С чего ты взяла? — напарник морщится, отворачиваясь от тела и глядя в глаза Алисе.
— Кровь на платье, — видно, что ей тяжело правильно подобрать слова. — Она только начинает растекаться. Ее недавно подвесили. Буквально несколько минут назад. Смотрите, даже до края ткани не дотекло.
Проклятье! Она права. Солнце заходит за тучу, погружая лес в полумрак.