Надо сделать вдох, но тело не подчиняются.
Звуки гаснут вокруг, оставляя только стук сердца в висках.
Мне кажется, с каждым разом это больнее. Или это просто знание механизмов умирания?
Пистолет выпал из руки.
— Леонид, — всхлип, — Александрович…
Голос узнаю не сразу. Усилием воли пытаюсь держаться в сознании, не уплывая на дно забвения. Там я уже был, ничего интересного и нового не будет.
Прикосновение к плечу буквально взрывается новой волной боли. Проклятье! Ключица сломана?
— Вы живы? Я… сейчас скорую вызову, — рыдает «курица». — Только я, кажется, телефон потеряла.
С огромным трудом разлепляю веки, пытаясь сфокусировать взгляд. Алиса стоит рядом со мной на коленях. Ладони перепачканы кровью. Очень надеюсь, что моей.
— Ты в порядке? — хриплю, борясь с воздухом, который никак не хочет нормально поступать в лёгкие.
— Да, — вытирает нос рукавом. — коленки только содрала, когда упала.
— Значит, скорая не нужна, — сил остаётся совсем немного. — Возьми пистолет.
— Но как же? — она непонимающе моргает.
— Бери, — пальцы плохо слушаются, мне удается немного подтолкнуть к ней глок. — Мне нужна твоя помощь.
— Но, — растерянно смотрит на ствол, а после берет его в руку. — Как?
Одним титаническим усилием обхватываю пистолет поверх её пальцев, и прижимаю его к своему лбу.
— Стреляй.
— Что? Нет! — дергается в сторону, а у меня нет сил удержать её.
— Все будет хорошо, — шепчу, ловя растерянный взгляд Алисы. — Просто выстрели.
— Но… я… не…
— Умоляю… быстрее!
Говорят, что предназначенную тебе пулю не слышно. Видимо, я не достоин такой милости.
Девушка жмёт на спусковой крючок, прекращая мои мучения.
Выстрел. Это оглушительно громко.