Она подошла к стойке:
- Вы меня не спасете? - спросила она бармена с улыбкой. - Я умираю с голоду!
- Я бы с удовольствием вам помог, мисс, но мы закрываемся через полчаса. Могу предложить только снеки: чипсы, орешки, шоколад...
- Шоколад сгодится, - тут же среагировала Настя. Все лучше, чем чипсы и орешки!
Все это время незнакомец из 427 номера заинтересовано разглядывал свою бутылку, делая вид, что они друг друга ни разу не видели. А может он и правда ее не узнал?!
- А вы откуда? - спросил бармен, поворачиваясь в поисках шоколадки.
- И России, - ответила Настя.
- О! Россия, Москва, - со знанием дела кивнул бармен.
- Нет, я из Новосибирска, - спокойно возразила Настя. - Это в Сибири. И да, там есть многомиллионные города и люди живут там не в наказание, - улыбнулась она.
Она скорее почувствовала, чем увидела, как молодой человек слева от нее оторвался от интерейснейшего занятия - рассматривания бутылки пива и заинтересовано взглянул на нее.
Бармен тоже уставился на нее, но скорее в недоумении. Настя усмехнулась и извиняющимся тоном пояснила:
- Я уже полгода здесь в США на стажировке и привыкла к стандартному вопросу по поводу Сибири: а что, люди там и вправду живут? Или: люди там живут в наказание за преступление?
Оба молодых человека улыбнулись, оценив шутку.
- Я бы не задал такой вопрос. Мы уже полчаса с Артемом, - в этот момент бармен кивнул на незнакомца из 427 номера. - Разговариваем о России. Я уже выяснил, что медведей Москве нет, - улыбнулся он.
- Медведи в Москве точно есть, - подал голос до этого молчавший Артем. - Я парочку видел своими глазами.
Настя недоверчиво-укоризнено посмотрела на Артема прищуренными глазами.
- Ну вы же не будете отрицать, что в московском цирке и в московском зоопарке есть медведи, - улыбнулся Артем.
Все трое покатились со смеху.
- Я Настя, - представилась она обоим молодым людям.
- Артем, - отозвался незнакомец из 427 номера.
- Я Айк, - кивнул бармен. - Приятно познакомиться, Настя. Прошу прощения, мне надо поторопить вон ту парочку, - он указал глазами на сидевших в глубине зала и пошел к ним.
Настя повернулась к Артему:
- Я еще раз прошу прощения за инцидент в вашем номере, - сказала Настя по-русски. - Я не посмотрела номер на ключе, ну и ... в общем перепутала цифры.
- Да ничего, бывает, - ответил Артем, улыбнувшись ей. И ее сердце громко ткнулось в грудь и покатилось куда-то вниз. Такая улыбка! Такая только в кино бывает! В американских фильмах с их хваленой голливудской улыбкой на все 32. А тут вот прямо напротив нее и только для нее. Она хлопнула глазами, пытаясь смахнуть наваждение, и заставила себя дышать. Тоже в ответ робко улыбнулась. Немного помедлила и засунула в рот кусок шоколада.
- Так вы значит сибирячка? Там и родились? - спросил Артем.
- Угу, - кивнула Настя с полным ртом. Вот зачем надо было засовывать такой большой кусок! - А вы? И давайте на 'ты', - предложила она, наконец, прожевав и проглотив шоколад. Она почти услышала, как желудок сказал ей спасибо.
- Я... как сказать... - он почесал макушку. Потом продолжил, пристально глядя на нее. - Вообще-то я из Питера, но сейчас работаю в Москве.
- М-м-м, и как столица? - улыбнулась Настя.
- Да я там, в общем-то, редко бываю, - рассмеялся Артем.
- Это как? - округлила Настя глаза.
- Эээ... - он пристально смотрел на нее, пытаясь понять: она действительно его не узнает или действительно не знает?! - Да я по профессии археолог...
- Ух ты! Здорово! У меня никогда не было знакомых археологов. - с восторгом воскликнула она. И не заметила, как он недоуменно сдвинул брови, размышляя, была ли ее реакция искренней. - Вы ... то есть ты, наверное, всю страну исколесил?!
- Да, уж мотаюсь, - кивнул он с улыбкой. - Вот даже в Штаты занесло...
- Тоже по работе? - тут же спросила она, энергично жуя шоколад.
- Эээ... - он снова пристально посмотрел в невинное личико и, не найдя там ничего подозрительного, успокоился. - Да, вот по работе пришлось и сюда заглянуть.
- Прикольная у тебя работа. Романтика! - мечтательно вздохнула Настя, болтая ногами в воздухе, сидя на высоком стуле у барной стойки.
- Да в основном это тяжелый труд, - возразил он, снова приглядываясь к ней. Неужели действительно не узнала? Хотя, если она полгода не была в России, вполне может быть.
- Ребят, мне очень неловко, но мы закрываемся, - сказал подошедший Айк.
Настя как раз дожевала шоколадку, а Артем как раз сделал последний глоток из бутылки.
- А ты Вашингтон хорошо знаешь? - вдруг спросил Артем Настю.
- Если честно, я здесь пролетом. Опоздала на рейс, вот пришлось ночевать. Ни разу не была в Вашингтоне.
- Хочешь, могу провести тебе экскурсию по ночному городу? - неожиданно для самого себя спросил он.
- Хочу, - ответила она, тоже удивишься сама себе. С чего это она согласилась на экскурсию, когда ей вставать на самолет часов через шесть?!
- Ну, тогда поехали!
***
Неторопливая прогулка по освещенной разноцветными огнями Национальной аллее. Ощущение необъяснимого притяжения между ними именно теперь, именно этой ночью, именно здесь, на другом континенте, в другом полушарии, на другом конце планеты. Чувство затерянности в этих освещенных дебрях, где туда-сюда сновали толпы туристов, не позволяя им остаться наедине. А этого и не было нужно. Им было просто хорошо друг с другом. Просто легко. Так легко, как будто они знали друг друга лет сто! Так здорово, как никогда не было ни у одного из них. Он что-то рассказывал ей, показывая рукой то в одну, то в другую сторону, пересыпая рассказ смешными глупостями. Она крутила головой, раскидывая длинные волосы по плечам, и от души хохотала. Иногда вставляла свои шутки, и тогда хохотал он. Прикосновение рук к рукам, плечам не вызывало смущения, а дружеские тычки и подначивания только прибавляли непринужденности к атмосфере легкости.
Она не ожидала, что он может быть таким забавным. Такое впечатление, что за пару часов его где-то по пути подменили. Этот веселый молодой человек, декламирующий строчки из английской и американской поэзии, каким-то образом заставивший ее чувствовать, ощущать, жить каждой клеточкой, каждой толикой ее души, совершенно не был похож на того сурового постояльца номера 427! Эта ночь принадлежала только им двоим!
Смущение она почувствовала только в такси, когда нагулявшись, напившись пива и вкусно наевшись в итальянском ресторанчике, они сели в машину, пустившись в обратный путь в гостиницу. Напряжение на заднем сидении росло с каждым мгновеньем, пока он не взял ее руку в свою. И как только их пальцы переплелись, она выдохнула от накатившего чувства: все правильно! Так, как и должно быть! И даже когда почувствовала, что он поднял руку и обнял ее за плечи, прижав к себе, даже когда его лицо приблизилось к ее и их дыхание смешалось, когда его губы нерешительно и неторопливо коснулись ее губ, даже тогда она чувствовала, что все правильно. И потому приоткрыла свои губы и ответила на его поцелуй, такой нежный, щемящее бережный, постепенно превращающийся в страстный, поднимая в ее душе теплую волну страсти, разливающуюся по всему телу.