- Что? – в недоумении переспросил парень, подняв свой взгляд от пола и направив его прямо на барона.
В беседу вмешался стражник, который до сих пор стоял молча.
- Господин, - обращаясь к барону, произнёс он. – Может быть, мне стоит поучить эту степную собаку манерам.
И сделав шаг в сторону узника мужчина замахнулся на того рукой.
- Нет, - резко осадил его хозяин замка. – В этом нет необходимости. Он и так отвечает на все мои вопросы.
Стражник вернулся на место подле барона и замолк.
- Я спрашиваю тебя как она выглядела? – спокойно повторил свой вопрос барон, однако в душе его уже начале теплится надежда.
Пленник моргнул, затем задумался и наконец, заговорил.
- Мама, она…, - парень запнулся на этом слове. – Она часто улыбалась. У неё были очень милые ямочки на щеках и густые вьющиеся каштановые волосы ниже плеч.
Эдуард почувствовал, что ему не хватает воздуха, но для уверенности сведений было всё ещё недостаточно.
- У неё были шрамы на лице? – задал он вопрос и немного помедлив ещё один. – А глаза? Какого цвета были её глаза?
Кюрт не торопился отвечать. Он просто не понимал к чему эти расспросы о его матери.
- «Какое они имеют отношение к этому набегу?»
Парень не мог себе даже и представить, что от его ответов, возможно, зависит не только его жизнь, но и существует немалый шанс то, что он вполне возможно окажется на свободе. Когда он очнулся и понял, куда попал, то решил, что быстрая смерть лучший для него вариант, а потому отвечать на вопросы нужно честно. Впрочем, после вопроса барона о глазах его матери молчал он недолго.
- Вот здесь, - юноша указал пальцем на свою правую бровь, - был шрам рассекающий её пополам. А глаза? Глаза были как ваши, - на этот раз он указал на барона. – Зелёные. Только в её глазах были искорки в глубине.
Эдуард вскочил и, сделав пару шагов к решётке, что перекрывала вход в камеру, рванул ворот рубахи. Воздуха становилось всё меньше и меньше. Дышать стало, совсем тяжело.
- «Джослин - его любимая двоюродная сестра. Его весёлая Джослин, которая своим смехом могла прогнать мрачное настроение у собеседника, лишь улыбнувшись», - забились мысли в его голове.
И тут мужчину как ледяной водой окатило. Он замер и медленно обернувшись, спросил.
- Ты сказал: были? Ямочки на щеках…
- Она погибла прошлым летом, - ответил пленник.
- Как это случилось? Я хочу знать! Говори!
Парень облизал пересохшие губы. Ему не давали ни воды, ни еды, всё это время с момента как он пришёл в себя.
- Это был несчастный случай, она упала с лошади, когда та понесла. Видимо наступила на колючку, - всё так же тихо проговорил Кюрт.
Ему было тяжело вспоминать. Весть о смерти матери, а её он любил больше всех, была тяжёлым ударом. Тогда он ускакал далеко на север почти до самых гор. Ему не хотелось никого видеть. Боль утраты была невыносима.
Эдуард шёл по коридору замка и мысли его были все о двоюродной сестре. Рядом с ним шагал верный Хардин и с тревогой бросал взгляды на своего господина. Мужчины добрались до кабинета барона. По дороге туда Эдуард бросил одной из служанок встретившейся им в коридоре.
- Пусть принесут вина. Меня не беспокоить.
Та, поклонившись удалилась выполнять приказание.
Кабинет барона Милсона в замке.
Спустя полчаса.
В помещение с одним окном находились двое. Это был сам барон и его верный друг и по совместительству капитан замковой стражи Хардин Олири. Портьера на окне была задёрнута, и царил полумрак. Тут был стол заваленный, какими-то бумагами, пара стульев и небольшая банкетка на несколько мест у стены. Мужчины сидели на стульях по разные стороны стола и держали в руках по бокалу. На столе стояла початая бутылка редкого и крайне дорогого эльфийского вина.
- Налей мне ещё, - Эдуард протянул пустой бокал, и в него потекла рубиновая жидкость, - и себя не забудь.
Снова наступила тишина. Барон медленно перекатывал вино в бокале, смотря на неё рассеянным взглядом. Хардин сделал маленький глоток драгоценного напитка. Ему уже доводилось пробовать подобное вино в компании со своим господином.
- «Действительно изумительный напиток», - подумал он, ставя бокал на стол, и решился задать уточняющий вопрос. – Господин, вы уверены, что этот степняк не врёт? Чтобы выжить человек готов на многое. А уж соврать…
- Ты знаешь…, - задумчиво произнёс хозяин кабинета, ставя свой бокал, так и не сделав ни единого глотка. - Я тоже сперва так подумал. Но потом понял, что он не врёт. В этом нет смысла. Да и откуда бы ему знать, как выглядела моя сестра?