Да машу вать. Чем ты не доволен? Мы же справились. Что не так?
Не так то, что я не помню как вдарил по псине. Не так, что я не помню у себя заклинания, способного обездвижить такого сильного противника. Не так, то что я все силы выложил в бою с ней и даже если б знал что-то «молотобойное», то просто не смог бы его применить.
Ника молча пожала плечами, словно говоря: «Ну а что я могу поделать? Пить нужно было меньше. Прекращай себя вести как зассыха которую бросил парень. Соберись. Тряпка!» Но вместо этого сделала дыхательное упражнение, несколько раз вдохнув и выдохнув воздух, от чего над молодыми людьми образовалось облако из пара, и сказала:
-
Жень. Там была жопа. А во время жопы дерьмо случается. Но нам повезло... что жопа случилась не снами а с этой тварью. А твои психи... Ты уверен, что только твоя амнезия тому причина? Или ты колбасишься от чего-то другого?
-
Я? Да просто... просто бесит всё это... бесит, что не помню. Бесит, что уделали меня, словно в асфальт закатали. Бесит, что уже три месяца не могу оклематься. И Яра с ее этой сраной заботой — БЕСИТ! Дочки-матери устроила! Бля...
Девушка явно веселилась от услышанного и ее улыбка была тому подтверждением.
-
Ясно) Сочувствую. Ладно, не парься. Ты вообще молодец — семимильными шагами двигаешься к выздоровлению и через пару недель свалишь от Яры в свою сычевальню. Держись, Охотник.
-
Держусь...
Ребята ещё молча прошли пару десятков метров прежде чем молодой человек всё таки спросил:
-
Я знаю, что достал, но скажи мне только одно... Нет, поклянись. Поклянись, что это я уничтожил эту суку, а не подоспевшая Ярославна. Ну же...
Взгляд Жени требовательно уставились прямо в переносицу Вероники и девушка не выдержав напора быстро сдалась:
-
Хорошо-хорошо, Если ты так хочешь. То я клянусь тебе. Что демона-собаку уничтожил Ты, а не Яра. Клянусь своей кровью и силой. - с этими словами Ника высвободила кисть левой руки из кожаной перчаточки и уколов безымянный палец о остриё шпиля на декоративном аксельбанте ее модной шубки, сбросила три капельки алой крови из ранки на белое поле пушистого снега, расстилавшегося под их ногами. - Ну, доволен? Истерикам конец?
Женя проводил глазами тройку «алых беретов» потонувших в белом море и такое решение проблемы его явно сбило с толку (клятва крови и силой — слишком серьёзное обещание для такой ситуации) но и одновременно совсем и окончательно успокоило, вернув душевное равновесие и жизнерадостность.
-
Доволен. А теперь пошли ты меня накормишь пирожками в той пекарне, что на углу. И не вздумай зажопить - ты мне должна. Я тебе жизнь спас.
Снег падал на зимнюю набережную, на голые тополя. На крыши домов и на две вереницы следов. что тянулись за парой людей идущих покупать пирожки.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов