Парень и девушка недоверчиво переглянулись и придя к выводу о неизбежности данной меры, смирились. Это выразилось в синхронном вздохе.
-
Хорошо. Вот как эта «Каштанка» выглядела. - Женя взял с журнального столика карандаш, лежащий на недоразгаданном кроссворде, нашел в журнале страницу, на которой был не большой пустой кусочек. И смешно пристоив карарандаш к деревяшке лангетки стал рисовать портрет врага. Спустя минуту он закончил и кинул получившееся творение на середину столика — Вот. Это та сволочь, которая питается молодыми девушками, при этом у нее столько силы, что она способна подчинить все создания в пределах кладбища. Все ее слушаются. Но не это самое интересное. Самое жуткое, что сил НАСИТОЛЬКО дохуя, что она частично одушевляет лики умерших!!! Для моего поиска она «оживила» глаза у статуй и фотографий на могилах!
-
ОГО! - это подала голос Вероника, рассматривающая при прослушивании рассказа ещё и портрет — Это уже довольно сильная некромагия. Весьма сильная. А почему ты сказал, что питаеться она молодыми девушками? Пропадали не только девушки.
-
Да. Но «не только девушки» стали пропадать только после Жениной встречи с тварью. И как сказали мне мои «друзья», наблюдающие за окрестностями, все остальные пропадают когда на охоту выползают упыри и Черные улитки, да другие завсегдатаи кладбищ. А вот молодые девушки исчезали раньше, и теперь, когда они пропадают, то рядом остаются такие мощные следы, что просто сил нет рядом находиться. - сделала свою ремарку Яра.
Ника продолжала рассматривать рисунок.
-
С телом шавки, скорее всего, понятно — просто подвернувшейся под руку материал. А вот эти детские лица... Кажется нужно искать в этой стороне.
-
Да, я тоже так считаю. Женя, сколько голов на самом деле было на псине? -Верховная ведьма приняла от ученицы довольно подробно нарисованный эскиз.
-
Пять. Лиц было пять. Поменьше два и три побольше. Словно разного возраста детишки были.
-
Так... Братцы-кролики, вот как мы поступим: Ника, ты начиная с сегодняшнего дня начинаешь искать по всем медицинским учереждениям васильевского и центрального района, другие районы не тревожь, там есть свои кладбища, да и область с ее болотами ближе. Твоя задача — найти смерть пяти детей подряд, за нужный нам период. Работы много, поездить придется много. Ну а ты — Яра перевела взгляд на Женю — сегодня отсыпаешься, и долечиваешься. Я волью в тебя столько силы, сколько смогу. А завтра едь к своим «друзьям» в ГУВД и рой носом землю, ища пропавших или похищенных детей в делах находящихся в расследовании. Это не потребует от тебя беготни. Вечером жду вас у себя с результатами. Всё ясно?
-
Да, мамочка. А можно мы погуляем подольше, до 11? Светло же на улице... - ехидно каверкая слова, передразнил ведьму парень.
-
Нет, нельзя. В 9 быть дома. Иначе останешься без мультиков и запрещу маструбировать! Всё. - Яра допила чай и встала из кресла, давая понять, что совещание подошло к концу. Женя остался сидеть на диванчике, а Ника поспешила за хозяйкой в коридор. Ей предстояло очень много работы.
Дорогая иномарка эксклюзивной окраски молнией металась по центру города. Её владелица схожим вихрем носилась по кабинетам глав. Врачей всех государственных и частных клиник двух старых районов. Где уговорами, где угрозами, а где и не гнушаясь легких чар, Вероника искала так необходимую им информацию. Ноги ныли от колодок туфель, волосы растрепались, глаза блестели нездоровым блеском. В голосе всё яснее проступало раздражение и злость. Шёл третий день поиска. Зацепок найти не удавалось.
В это же время в кабинете помощника главного следователя по особым делам по Санк-Петербургу и Ленинградской области.
-
Ооо!!! Ах-ах... Ауч! Ооооо....
-
Да! Да! Да!
-
Ооооо... Не останааааа....
-
Да! Да! Да!
За закрытыми дверями оббитыми дорогой кожей, на столе, более похожем на взлетно-посадочную полосу авианосца, прямо поверх разбросанных вокруг листков мелко исписанных бумаг, Женя трахал целого майора МВД!
Майор очень удачно запрятался в стройное тело тридцатилетней блондинки, с чувственными губами, длинными ногами и третьим размером груди. Ноги девушки ритмично пружиня от плечь молодого человека, словно мачты парусника глядели в небо. Уставная юбка, с неуставным разрезом до начала бедра, была задрана и сейчас более всего походила на поясок на талии. Китель распахнут, а кружевной лиф поднят ближе к ключице, давая свободно метаться двум упругим грудям.
Женя обхватив ноги майора, ритмично насаживал представителя власти на свой член, от чего она вся извивалась, тем самым комкая и перемешивая ворох важных отчетов и протоколов, на которых сейчас лежала спиной.