-Профессору Снейпу об этом скажи. Он, видимо, не знает, раз много лет пытается получить это место, - хмыкнул Нотт. - Я скорее поверю, что он сам должность и проклял.
-В духе «так не доставайся же ты никому?» Да, это вполне в его характере...
Снейп, к слову, выглядел весьма недурно, с коллегами не общался, а за ужином демонстративно читал что-то откровенно маггловского вида. То ли справочник по токсикологии, то ли пособие патологоанатома, мне с моего места было не разглядеть, а вот любопытная Спраут, заглянувшая ему через плечо, поспешила отвернуться и даже отодвинулась.
И вот пришло время директорского выступления. Сперва Дамблдор напомнил о привычных запретах, а потом неожиданно заявил:
-Также я должен сообщить вам печальную новость: межфакультетского чемпионата по квиддичу в этом году не будет.
За гриффиндорским столом раздались недоумевающие возгласы, а я с удовольствием сказал Малфою:
-Счастье-то какое! В этом году ты не станешь меня эксплуатировать...
Шутку он не поддержал, просто кивнул, и я в очередной раз удостоверился — ему не до веселья.
-Это связано с событиями, которые должны начаться в октябре и продолжиться весь учебный год, - продолжал Дамблдор, - они потребуют от преподавателей всего их времени и энергии, но уверен, что вам это доставит истинное наслаждение. С большим удовольствием объявляю, что в этом году в Хогвартсе…
Как раз в этот момент грянул оглушительный громовой раскат и двери Большого зала с грохотом распахнулись.
На пороге стоял человек, опирающийся на длинный посох и закутанный в чёрный дорожный плащ. Все повернулись к незнакомцу — неожиданно освещённый вспышкой молнии, он откинул капюшон, тряхнул гривой тёмных с проседью волос и пошёл к преподавательскому столу.
Аппараты братьев Криви стрекотали непрерывно, Деннис забрался на скамью, как его брат годом раньше, а Колин выскочил чуть ли не под ноги вновь прибывшему, чтобы заснять его с наиболее интересного ракурса.
-Ну и рожа... - расслышал я его восторженный шепот, когда он пробирался мимо нас к своему столу.
Что верно, то верно, физиономия у незнакомца оказалась из тех, которые (как некуртуазно выражается дедушка) во сне увидишь — волшебной палочкой не отмашешься. Шрамов на нем было столько, что представить, каким это лицо было изначально, я бы не взялся (тут требовался какой-нибудь специалист в области восстановления лица по черепу). Особенно хороши были глаза: один маленький, темный, обычный, словом, а другой — большой, круглый, ярко-голубой. Он вдобавок еще и непрестанно вращался в своей орбите, явно обеспечивая владельцу прекрасный обзор всех секторов.
Поздоровавшись с Дамблдором, незнакомец, следуя директорскому жесту, уселся на свободное место рядом с ним, отбросил с лица сивые патлы и принялся за еду, демонстрируя восхитительное (и, я бы сказал, нарочитое) отсутствие манер.
-Позвольте представить вам нашего нового преподавателя защиты от Тёмных искусств, - жизнерадостно объявил Дамблдор в наступившей тишине. - Профессор Грюм.
-Я так и знал... - схватился за голову Забини. - Опять! Где он берет этот паноптикум, хотел бы я знать, в какой кунсткамере? Сперва одержимый, потом самовлюбленный писака, потом оборотень, а теперь-то кто? Особо опасный преступник?
-Почти, - подал голос Нотт. - Это Грозный глаз Грюм. Аврор в отставке. Говорят, на старости лет он слегка повредился рассудком. Никому не доверяет, всюду видит заговоры и... темных магов.
-Очаровательно! - воскликнул Забини. - Это же такое логичное решение — взять его преподавателем! Нет, я верю, что он отменно разбирается в защите от Темных искусств и, скорее всего, в них самих, но... Нет ли тут попытки ущемить Слизерин? Ведь это с нашего факультета выходит больше всего темных магов, или я не прав?
-Прав. И лучше не провоцировать его, во всяком случае, сразу, - негромко произнес Нотт.
-Сталкивались? - тоже понизил тот голос, дождался едва заметного кивка и вздохнул: - Ясно. Что ж, побудем паиньками. Малфой, к тебе тоже относится! У тебя язык без костей, уж будь любезен прикусить его на время!
-Без тебя бы не догадался, - мрачно отозвался кузен и покосился на нашего декана.
Снейп сохранял полнейшую невозмутимость, только длинные пальцы едва заметно шевелились, словно он представлял, как удобнее кого-то расчленять. Может, и впрямь представлял...
Дамблдор прокашлялся.
-Как я и говорил, - он улыбнулся, - в ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого ещё не было в этом веке. С громадным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников!
-Если бы он начал с этого, на Грюма никто не обратил бы внимания, - заметила Паркинсон, когда в зале поднялся невообразимый гвалт.