Чельцов заинтересовался ближайшим окружением Кузьмина и вскоре узнал, что у него есть подруга по имени Нина. Уже первая беседа с девушкой убедила оперативника, что она не имеет представления, откуда у Кондрата вдруг появилась большая сумма денег. Нина оказалась словоохотливой, и Чельцов время от времени приглашал ее для бесед. Разговор шел о ее жизни, знакомых Кузьмина, его пристрастиях и интересах, новой работе. Но никаких новых фактов по делу, которым занимался Чельцов, эти беседы не давали. Хотя где-то подсознательно сотрудник МУРа улавливал взаимосвязь кражи, увольнения Кузьмина с комбината и появления у него большой суммы денег. Но на эмоциях обвинение не построишь, нужны веские и неопровержимые доказательства.
Однажды во время одной из очередных бесед девушка раскрыла сумку, стала вынимать носовой платок и следом потянулась яркая нитка. Чельцов не подал вида, что узнал медицинскую пряжу, и спокойно спросил:
— Откуда у вас такая оригинальная нитка? Впервые такую вижу.
— Да, хорошая нитка, прочная. Это Кондрат мне моток подарил из узла, который передал Семену.
— А кто такой Семен?
— Да это его приятель, он кофточки и свитера на дому вяжет…
При обыске у Семена обнаружили несколько мешков специальной медицинской пряжи. Теперь изобличить Кузьмина и нескольких его сообщников в краже на комбинате не составило особого труда.
Может показаться, что муровцу раскрыть это преступление помог случай. Бабуля запозднилась у подружки и, возвращаясь домой, услышала, как проехала машина. А не обрати она внимания на шум мотора, как бы еще пошло расследование? А не окажись случайно в сумочке Нины нить медицинской пряжи?
В общем, случай, случай… Но в том-то и состоит закономерность, что случай идет к тому оперативному работнику, который не жалеет ни сил, ни времени на его поиски. Муровцы по многолетнему опыту знают, что настойчивость, упорство, квалификация в отыскании улик, как правило, вознаграждаются сторицей. Ведь до Чельцова по тем же путям-дорожкам прошло несколько работников милиции, но случай улыбнулся только ему. Так было всегда. И примеров тому великое множество.
Одно время в Москве участились случаи угонов автомашин. Как правило, преступники похищали машины, оставляемые их владельцами на улицах без присмотра, а затем по поддельным документам перегоняли их в Закавказские республики и там продавали местным жителям. Сотрудники МУРа разоблачают одну группу преступников, совершивших кражу семи легковых автомобилей, вскоре — другую, угнавшую и перепродавшую пять автомашин, затем третью группу угонщиков, похитивших двадцать машин, в том числе двенадцать принадлежащих представителям различных иностранных фирм. Число угонов резко сокращается, но, видно, не все еще преступники изобличены. Нет-нет да и поступают заявления о новых угонах. Вот почему сотрудники МУРа не знали покоя. Большую часть рабочего времени они проводили в магазинах по продаже автомашин, на рынках, где из-под полы торгуют порой запасными частями к автомобилям, посещали платные автостоянки, то есть те места, где можно получить интересующую их информацию.
Старший оперуполномоченный МУРа Г. Кузнецов и оперуполномоченный О. Хатунцев недалеко от автомагазина на Бакунинской улице обратили внимание на «Волгу» с номерным знаком ЮАР 09-88, которая стояла возле небольшого жилого дома.
— Тебя, случайно, не настораживает, что на машине детали отделки улучшенной модели, хотя модель этой машины иная? — спросил товарища Хатунцев.
— Настораживает, — в тон ему ответил Кузнецов. — Надо бы с хозяином этой «модницы» познакомиться. Ты тут подежурь на всякий случай, а я свяжусь с ГАИ области и узнаю, кому она принадлежит.
Не прошло и получаса, как старший оперуполномоченный вернулся и сообщил: по картотеке ГАИ Московской области значится, что номерной знак ЮАР 09-88 выдан на автомобиль марки «Москвич», владелец которого проживает в городе Ногинске. Теперь уже встреча с хозяином «Волги» представлялась крайне необходимой. Однако проходили часы, а он все не появлялся.
Смеркалось, а оперативные работники все прохаживались вокруг «Волги», поблескивающей особой хромировкой обводов и деталей отделки. Вдруг Хатунцев, легонько подтолкнув под локоть товарища и показав глазами на окна дома, возле которого стояла машина, тихо произнес:
— Посмотри-ка!
Кузнецов, проследив за его взглядом, увидел, как в одном из окон за чуть отодвинутой занавеской мелькнуло чье-то лицо и тут же занавеску задернули.