— Он был уже мертв, когда я пришла, — осматриваю его с осторожностью. Он вышел с конца коридора, противоположному тому, откуда пришла я, а значит он явно не только что вышел из тронного зала. Скорее он туда возвращался, только что он делал в этой части дворца, на ишхареду он не похож. — Праздник показался тебе скучным, решил исследовать остальной дворец?
— В этом году он вышел не таким плохим, хотя есть над чем поработать. Но то что происходит здесь, — он обводит ладонью сцену перед ним и улыбается, показывая зубы, — определенно в тысячу раз увлекательнее.
— Повторю свой вопрос, кто ты? И почему мне не стоит позвать охрану с заявлением, что ты убил ишхареду?
— Мое имя несущественно, — парень прячет руки в карманы брюк, подходит ближе и останавливается на другой стороне трупа, — а охрану не стоит звать, потому что с тем же успехом я могу назвать убийцей тебя, — он пожимает плечами. Ведь именно тебя я нашел в довольно компрометирующем положении.
Вот поэтому стоило сразу сбежать, я вечно попадаю в самые отвратные ситуации. Ореховые глаза моего оппонента смотрят на меня со всей серьезностью, однако от него не исходит угрозы. Пока что. Повторяется та же ситуация, что и с Еленой. Доверять ему нельзя, но и ссориться с ним не стоит.
— Брось, — блондин широко улыбается, — нам не обязательно подозревать друг друга по той простой причине, что мы оказались рядом с трупом практически в одно время. Никто не отменял совпадений.
— Так же как никто не отменял того, что убийцы притворяются свидетелями, чтобы избавиться от подозрений.
— Справедливое замечание, я об этом как-то не подумал. Давай зайдем с другой стороны, — он склоняет голову, его взгляд на моем лице почти осязаем, — ты ведь эндари, мой лучший друг тоже эндари. У него есть шрамы, — парень пространно взмахивает рукой, — маска и все такое.
Новая информация привлекает мое внимание. Хотя у меня нет особо теплых чувств к эндари, так или иначе они стали для меня гарантом надежности. Эндари не предают друг друга, таковы правила, потому что если мы не можем положиться на товарищей и работать в команде, мы все умрем. Не уверена, что подобное доверительное отношение передается знакомым по ассоциации. Скрещиваю руки на груди и копирую его движение головой.
— Шрамы твоего друга идентичны моим, или ты понятия не имеешь чем они отличаются и считаешь любые шрамы на лице меткой эндари?
— Они идентичны, — заверяет он меня уверенно, — и я прекрасно разбираюсь в том, чем они отличаются. Четвертый уровень, надо полагать, — сохраняю нейтральное выражение лица, чтобы не выдать тот факт, что он прав. — Видишь? Мы знакомы через два рукопожатия, максимум три. Мы практически друзья.
— Ладно, пока можешь считать, что подозрения с тебя сняты, хотя момент твоего появления все еще вызывает сомнения.
— Перед крепким миром идет шаткое перемирие, — он хлопает ладонями и потирает руки. — Ну, что скажете, детектив, какая причина смерти?
— Следов сопротивления нет, либо он знал нападающего, либо к нему подкрались со спины, скорее всего второе. Дальше ишхареду банально перерезали горло одним точным движением, что говорит о профессионализме.
— Если покажешь мне свое, я покажу тебе свое, — произносит блондин загадочно и многозначительно поднимает брови, намекая на то, что мы должны продемонстрировать друг другу свое оружие.
Вздыхаю, но тянусь за спину и вытаскиваю свои парные кинжалы из ножен. Поднимаю свое оружие вверх, лезвия очевидно чистые и идеально наточенные, что послужит предупреждением.
— Твоя очередь, — подгоняю парня, который продолжает спокойно рассматривать жертву.
— Оу, тут такое дело, — он противно ухмыляется, — у меня нет оружия, но спасибо за честность.
Сканирование вис подтверждает его слова. Только я все равно ему не верю, поэтому мой собственный кинжал оказывается в миллиметре от шеи парня.
— Мне начинает казаться, что это все же твоих рук дело, почерк больно схож, — комментирует парень беззаботно.
— Не принимай меня за идиотку, я ни за что не поверю, что ты прогуливался по чужому замку в чужой стране без оружия.
Вис улавливает движение в конце коридора, программа выхватывает силуэт ножа, летящего в спину блондину. Я на автомате подаюсь вперед, перешагиваю через труп, отталкиваю парня в сторону и кинжалом сбиваю нож с траектории.
— Беру свои слова назад, — выдавливает он, поднимаясь с пола, — ты чересчур заботлива для убийцы, и появился претендент посерьезнее.