— Нравится? Это духи из Алтабора, настоящий эксклюзив. Я слышала, — Риобин понижает голос до шепота, словно раскрывает мне секрет, — что ими пользуется сама Великая Княгиня. Если хочешь, могу продать пару флаконов. Готова сделать скидку в знак дружбы.
— Пары флаконов не хватит, чтобы выкупить свободу, потому что пахнет международными преступлениями, — отстраняюсь и смотрю на нее совсем иначе. Веселина замечает изменения во мне и хмурится. — К тому же я сомневаюсь, что Евгения Златович пользуется духами с запахом хершарисов. Ее тошнит от одного упоминания о них.
— Действительно, сомнительный вышел бы аромат. Впрочем Златович тошнит не от хершарисов, а от эндари, — отшучивается она. Впервые за нашу встречу Риобин напрягается. На моих же губах появляется легкая улыбка.
— Вы знали, что эндари способны почуять запах хершариса за километр и даже спустя несколько недель после контакта? Эта способность вырабатывается из-за постоянного употребления их яда. Никогда бы не подумала, что она мне пригодится.
— Хочешь сказать, на нас скоро нападет хершарис? — уточняет Риобин.
— Ну что вы, в таком случае мне об этом сообщил бы далеко не нос. Хершарисами пахнет от вас, — услышав обвинение, женщина задирает подбородок, — давайте разберемся почему. Вы не эндари, это вполне очевидно, — показываю на ее чистое лицо, без следа каких-либо шрамов. — Последний прорыв произошел в Даштаре около месяца назад. На ишхареду вы не похожи, информация в вашем профиле, говорит о том, что вы алисьдэ. Правда родились в Тиране. С другой стороны нельзя отметать вариант, что вы приезжали в Даштар по делам и случайно оказались в месте прорыва, — специально делаю паузу, словно не могу найти другого объяснения. — Но тогда вам пришлось бы обниматься с хершарисами, чтобы запах сохранился столь долго, чего эндари никогда бы не допустили. Какие же остаются варианты?
— Незаконное владение хершарисом, — отвечает за нее Веси. — Правда не могу представить, кто согласился бы купить такого монстра.
— Так что скажете, Риобин Доэрти, будете разговаривать с Эктрокасом или с Тиес-Аврем? Рекомендую второй вариант, вам хотя бы не отрубят голову сразу.
Риобин, кажется, действительно раздумывает над своими вариантами, ни один из которых не выглядит особенно обнадеживающим. Внимательно слежу за ней, чтобы избежать повторной попытки побега.
Мне приходит оповещение. Иконка с письмом повисает перед глазами, скрывая из вида Риобин и Веси. Всего на пару секунд я отвлекаюсь. Но Риобин оказывается этого достаточно. Она делает мне подсечку, из-за чего я падаю ей под ноги, и, поднырнув под руку замешкавшейся Веси, бросается к своему столу.
— Отруби ей руки, — выкрикиваю слишком поздно. Веси не успевает создать разрыв в нужном месте.
Риобин нажимает кнопку на одной из ножек стола. Несмотря на поставленные заглушки квартиру разрывает вой сигнализации. План действовать незаметно только что вылетел в окно. У нас есть меньше минуты до появления охраны.
— Вариант номер три, — объявляет Риобин, доставая из ящика пистолет, — я прострелю головы вам обеим и благополучно закончу со своими делами.
Когда я пытаюсь подняться на ноги, она переводит на меня дуло пистолета. Незаконного пистолета, потому что вряд ли хоть одна страна выдала бы ей разрешение на ношение оружие. Хотя ей не составило бы труда купить миллион таких разрешений. Вынимаю из ножен кинжалы. Холодное оружие против горячего. У меня не так много шансов. Пригибаюсь и делаю выпад, целясь одним из кинжалов ей в бедро. Выходит непозволительно медленно.
Выстрел словно происходит в моем воображение, он кажется бесшумным из-за сирены, единственное доказательство его реальности — физическая боль. Пуля проходит навылет через мое левое плечо, разрывая плоть. Горячая кровь моментально впитывается в плотную ткань куртки. Чип вис в мозгу временно подавляет боль. Доказательства моего присутствия крупными каплями капают на пол. Меня ждет знатный выговор за подобную оплошность.