Подобных откровений в мировой литературе немало. Но не описания интимной жизни сексуальных меньшинств составляют суть творчества Марселя Пруста, а широта его взглядов, удивительное, ни с чем не сравнимое видение мира, мастерство слова. Именно эти качества и сделали Пруста признанным классиком ХХ столетия, писателем, который совершил отчаянную попытку повернуть «время вспять».
Александр Сергеевич Пушкин
(6.06.1799 – 28.01.1837)
Русский поэт.
Роман в стихах «Евгений Онегин»; поэмы «Руслан и Людмила», «Кавказский пленник», «Гаврилиада», «Братья разбойники», «Бахчисарайский фонтан», «Цыганы», «Граф Нулин», «Полтава», «Домик в Коломне», «Анджело», «Медный всадник»; сказки в стихах «Сказка о попе и работнике его Балде», «Сказка о рыбаке и рыбке», «Сказка о мертвой царевне и о семи богатырях», «Сказка о золотом петушке»; трагедия «Борис Годунов»; маленькие трагедии – «Скупой рыцарь», «Моцарт и Сальери», «Каменный гость», «Пир во время чумы»; роман «Арап Петра Великого» (незаконченный); повести «Дубровский», «Капитанская дочка», «История села Горюхина», «Рославлев», «Пиковая дама», «Египетские ночи» (незаконченная); цикл «Повести покойного Ивана Петровича Белкина»; философская, вольнолюбивая и любовная лирика; очерки.
Александр Сергеевич Пушкин, стоявший у истоков новой русской литературы, был удостоен потомками самой высокой чести, о которой только может мечтать поэт: его именем названа целая историческая эпоха, узнаваемая по одному слову – «пушкинская». Даже город, где жил поэт, определен временным отрезком истории – «пушкинский Петербург». Все красавицы, в которых он влюблялся, фрейлины, хозяйки салонов, где он бывал, члены высочайшего двора, министры, с которыми он общался, его близкие друзья постепенно стали именоваться пушкинскими современниками. И многие из них остались в истории лишь благодаря знакомству с Пушкиным.
Такова притягательная сила гения, давшего не только имя веку, но совершившего в нем величайшие открытия. Среди них – русский язык во всем его совершенстве и великолепии. Тот язык, который сегодня мало кто слышит и на котором уже никто не заговорит завтра, но который всегда останется при нас как вечная драгоценность.
Детские годы Александра Сергеевича, как, собственно, вся его жизнь и творчество, описаны до малейших подробностей в многочисленных литературных трудах и монографиях. В детстве юный Пушкин мало походил на будущего гения, отличаясь разве что живостью воображения и некоторой диковатостью натуры. Рос он ленивым, малоподвижным, замкнутым ребенком, не очень любимым родителями. Эта взаимная неприязненность и сухость в семейных отношениях так и не была преодолена до конца жизни поэта. Даже добрейшая бабушка Марья Алексеевна Ганнибал говаривала о своем старшем внуке: «Не знаю, что из него выйдет, мальчик умен и охотник до книжек, а учится плохо, то его не расшевелишь, а то вдруг он так разойдется, что ничем его не уймешь: из одной крайности в другую бросается». Бабушка точно определила характер юного Пушкина. Порывистость, неуравновешенность сопровождали Александра Сергеевича всю жизнь, вплоть до женитьбы, которая несколько уравновесила нрав пылкого поэта.
Начальное обучение Пушкин получил в родительском доме с помощью гувернеров и домашних учителей. Продолжить образование ему предстояло в Царскосельском лицее, только что учрежденном, как говорилось, «исключительно для юношества благородного происхождения… особенно предназначенного к важным частям службы государственной». В лицее окончательно развился характер Пушкина – страстный, независимый и свободолюбивый. Он обрел ту среду, в которой мог быть самим собой – остроумным, живым, непосредственным, порой неуместно шутливым и до крайности привязанным к своим друзьям. Лицеисты, в распоряжении которых имелось немало свободного времени, не всегда отдавали его учебе. Они водили знакомство с гусарами, жившими в то время в Царском Селе, тайком от начальства «приносили жертвы Бахусу и Венере и приударяли за хорошенькими актрисами и субретками». В этих играх Пушкин всегда хотел быть первым и вполне преуспевал. Уже в ранней юности он буквально бредил женщинами, его лицейские стихи писались не только под впечатлением эротических поэтов XVIII века, но и были следствием его «сладострастных мечтаний».