В мае 1832 г. в театре «Порт-Сен-Мартен» зрители встретили бурными аплодисментами следующую пьесу Дюма «Нельская башня» (не подписанную автором). За неполных 17 месяцев на сцене было поставлено семь пьес Александра Дюма. Успех, как ни странно, охладил интерес Дюма к драматургии. Вообще, отношения с театром у Дюма складывались, как и с женщинами: пылкая страсть вначале и безразличие тогда, когда одержана победа.
Дюма временно отошел от театра, чтобы открыть для себя жанр повести и рассказа, а затем исторического романа. Меньше чем за четыре года (с 1844 по 1847 г.) им было написано восемь, сразу же ставших знаменитыми, романов. Это – «Три мушкетера», «Граф Монте-Кристо», «Королева Марго», «Двадцать лет спустя», «Кавалеp де ла Мэзон Руж», «Графиня де Монсоро», «Жозеф Бальзамо» и «Сорок пять».
Дюма писал одновременно несколько произведений и печатал их параллельно в разных газетах. Романы, имевшие наибольший успех, он тут же переделывал в пьесы, работая без устали, как машина. Но и при таком сверхчеловеческом напряжении он не успевал воплощать в жизнь свои необъятные замыслы.
Июльская монархия, как историки называют эпоху между двумя французскими революциями 1830–1848 гг., стала «золотым веком» крупной буржуазии – промышленников и финансистов. Новые богачи, сколотившие миллионные состояния, стремились к роскоши. В пригородах Парижа воздвигались великолепные дворцы, по улицам проезжали богатые кареты, на одеждах из шелка, бархата и парчи сверкало золотое шитье и драгоценные камни. Не мог не поддаться соблазну и Александр Дюма. Уж слишком глубок был контраст между нищетой его детства и заработанным тяжким трудом состоянием. В 1844 г., когда вышли два его самых известных романа «Граф Монте-Кристо» и «Три мушкетера», он начал возводить в Сен-Жермене фантастический замок, который обошелся почти в миллион франков. В Париже он построил свой собственный Исторический театр, отделанный с небывалой роскошью, где должны были ставиться только его пьесы.
Пьесы приносили автору не меньшую славу, чем романы. Если верна старинная формула, что мир – это театр, то для Дюма на подмостках театра всегда разыгрывалась увлекательная и вечно новая драма – драма любви. В любви и литературе он не изменял завету Вольтера: «Все жанры хороши, кроме скучного». Среди множества любовных историй писателя были трагедии и комедии, романтические мелодрамы и легкие веселые водевили. Да и сама жизнь для Дюма была бесконечной пьесой о любви, где самым важным драматургическим приемом служила захватывающая интрига страсти. И в ней он играл все роли – от пылкого первого любовника до обманутого мужа.
Дотошные биографы подсчитали, что будто бы у автора «Трех мушкетеров» было 500 любовниц. О бурном темпераменте писателя в Париже ходило множество легенд. Создатель бессмертного гасконца их не опровергал и даже бравировал своей любвеобильностью: «Много любовниц я завожу из человеколюбия; если бы у меня была одна любовница, то она умерла бы через неделю».
Список любовных побед Дюма открывался именем блондинки Адели Дальвэн, веселой, миниатюрной, пухленькой девушки, жившей в Вилле-Коттре.
Сразу же по прибытии в Париж молодой Дюма обольстил чувствительную белошвейку Катрин Лабе, которая родила ему сына Александра, единственного ребенка, юридически признанного им.
Спустя некоторое время Дюма женился на актрисе Иде Ферье, что не помешало ему в дальнейшем заводить множество любовных романов с особами всех социальных сословий – от аристократок до актрис и портних. Особенно бурными были его романы с дочерью литератора Матье Вильнава Мелани Вальдор, тридцатилетней замужней женщиной, которую Дюма обессмертил в драме «Антони», и с актрисой Мари Дорваль. Захватывали его и другие любовные увлечения, которые страстно начинались, но очень быстро заканчивались.
Последней любовью стареющего писателя стала американская актриса-наездница Ада Менкен, покорившая французскую столицу, выполняя конные трюки в пьесе «Пираты Саванны». Дюма ввел ее в мир литературной и светской богемы Парижа, обещал написать для нее пьесу по роману Вальтера Скотта «Монастырь», возил на ужины в Буживаль. В сохранившемся письме Дюма к Аде были такие строки: «Если верно, что у меня есть талант – то верно, что у меня есть любовь, и они принадлежат тебе».