— Вместо этих глупостей, лучше честно ответь старику – неужто ты, проторчав четыре года на этой горе, так и не понял, что она рукотворная, а не кусок булыжника, выползший почему-то из-под земли?
Неожиданно перебил Мастера Света Гравитус, обратившись к Тиму и тот стыдливо отвернулся, негромко ответив:
— Ну я догадывался – уж больно края ровные внизу, да и вообще, форма идеальная у всей горы, но тогда я подумал, что никому бы и в голову не пришло создавать нечто настолько огромное и в то же время бесполезное.
— Бесполезный кусок камня говоришь? Ну может и так, да только, в любом случае, думаю, что он всё равно пополезнее будет, чем некоторые невнимательные ученики. А кстати то, что гора одиноко стоит посреди равнин, лесов и озёр, не вызвало у тебя подозрений?
Продолжал наседать на ученика Страж Ночи.
— Вызывало, да только, как известно: «англичанин мистер Хопп, смотрит в длинный телескоп, видит горы и леса, облака и небеса, но не видит ничего, что под носом у него», а мы жили всё это время прямо здесь, на этой поросшей лесом горе, со снежной шапкой вверху, вот я и не обращал особого внимания на странности, выбросив глупые и бесполезные сомненья из головы. И вообще, с вашими этими магическими мирами любой адекватный человек запутается – что здесь создано умышленно, а что само по себе странное, и без вмешательства человека.
Огрызнулся Тим, и Вероника подумала, что вряд ли смогла бы ужиться с таким наставником как Страж Ночи Гравитус. То ли дело её Мастер Буран, такой добрый спокойный и уравновешенный. Естественно, рыжеволосая девушка не считала, что светлый наставник разбаловал её слишком сильно, ведь она, на своём уровне Силы, вполне могла постоять за себя, в этом опасном мире. «Ну ладно, не в этом, а в том – здесь вообще жуть какая-то вокруг творится», мысленно поправила себя Вероника.
Тем временем Гравитус и Тим наконец успокоились и теперь обсуждали с Бураном план дальнейших действий. К глубочайшей радости молодой Сестры Тьмы, решено было сначала как следует отдохнуть, восстановить Силы, а затем уже отправляться к вершине, в поисках шпиля, который, по идее, скорее всего находится где-то на самой верхушке горы-постамента.
Вероника уже легла спать, укрывшись мягкими шкурами, коих в пещере тёмных хватало, когда вдруг услышала тихий разговор, который явно не предназначался для её ушей.
— …возвращайтесь, наставник. В Изначальном Мире действительно происходит что-то странное. Мастер Буран, вы с Вероникой тоже должны вернуться, а я, пожалуй, лучше останусь здесь. С Онупосавимом и Касси уж как-нибудь не пропаду.
Шептал Тим, на что Буран, тоже стараясь не разбудить рыжеволосую ученицу уточнил:
— То, что Каминус замыслил что-то недоброе мне понятно. И то, что оставлять без внимания странные связи тёмных с Советом нельзя – тоже. Но парень, почему возвращаться не хочешь ты?
— Причина как бы это ни прозвучало смешно и банально, кроется во мне самом, точнее в моём проклятье. Оказавшись в этой тюрьме, выяснилось, что Знаменосец утратил связь с Хаосом и залёг на дно. Он уже очень дано не доставляет неприятностей, и не пытается захватить контроль над моим телом. В общем, даже без печати, здесь я перестану представлять угрозу миру, в котором остались дорогие мне люди. Вы, кстати, тоже состоите в их числе, поэтому пожалуйста, не отговаривайте меня, я решил твёрдо – остаюсь здесь.
Неожиданно зазвучал голос Гравитуса, и его тон не сулил младшему тёмному ничего хорошего:
— Мал ты ещё, чтобы такие вещи решить. Всегда сначала надо советоваться со своим наставником, а уже потом решать что-то настолько серьёзное. Мы, воители Тьмы и Света живем действительно очень долго, но главное не это. Как ты думаешь, почему среди нас узы учителя и ученика считаются священными? Почему они стоят даже над узами родственными? Почему Фридрих, даже зная, что с ним могут за это сделать, всё равно попытался убить тебя, после того как Балор лишил его ученицы? Да всё потому, что мы, величайшие воины Изначального Мира, проживая тысячелетия, в итоге не отправляемся в забвение, а продолжаем жить в тех, кто при жизни звал нас почётнейшим званием «наставник» или «учитель»!
На целую минуту в воздухе повисла напряжённая тишина и Вероника всё-таки не смогла сдержаться. Из глаз девушки потекли слёзы, ведь она подумала, что недостаточно почтительно относилась к Мастеру Бурану, и не ценила то время, что провела рядом с ним. Что иногда бездельничала, вместо того чтобы учиться, а иногда и вовсе создавала ему, своими шалостями, серьёзные проблемы. «И в итоге, это ведь именно я виновата в том, что Мастера забросило в эту тюрьму», мелькнула мысль в голове девушки, после которой она сдавленно вдохнула, издав носом неприятный звук.