Подруга посмотрела на меня, но сил ответить ей тем же не нашлось. Уставившись в одну точку, туда где её рука легла поверх моей я никак не мог пошевелиться, будто опасаясь что спугну девушку. Мы давно уже перестали быть посторонними, но такое у нас было в первый раз.
Конечно мы постоянно общаемся по телефону, однако это совершено иной уровень. «А Марину ты оттолкнул, хоть она и призналась первой. Эта лучше?» задал вопрос мне ехидный внутренний голос. «Всё совсем не так! Марина была не в себе, может я и не нравлюсь ей на самом деле! Зато Вике… Ей можно доверять», возразил я сам себе. Странно но меня влекло к ней даже больше чем к Марине, только это было влечение иного характера.
— Тут так тихо. Так спокойно…
Прошептала она. Во рту совсем пересохло, я только кивнуть и мог, а она всё заглядывала мне в лицо.
— Было бы приятно просто посидеть здесь, обнявшись, да?
Произнесла девушка мягко, но настойчиво. Она еще больше прижалась ко мне, и больше игнорировать это стало невозможно. Собрав силу воли в кулак, я аккуратно прижал её к себе, стараясь не причинить боли. Она тоже обняла меня, и сделала это намного сильнее чем я.
Потом высвободившись из моих объятий, брюнетка посмотрела в моё раскрасневшееся от смущения лицо и улыбаясь толкнула. Сопротивляться я не собирался – легонько стукнувшись спиной, оперся о дерево. Вика осталась довольна таким результатом. Она развернулась и прижалась ко мне. Беря всё в свои руки, она лишь загадочно улыбалась, вынуждая меня сделать следующий шаг. Ее легкий приятный аромат доносился до моего обоняния, а волосы слегка щекотали, попав под дуновение ветерка. Положив ладони ей на животик, а голову прижав к плечу, я был счастлив. «Как же это приятно, оказывается», зажмурившись, умилялся я. «С той, другой, было неприятно?», снова напомнил о себе противный внутренний голос, но я лишь отмахнулся от него.
Портило всё только одно – неприятное чувство, что преследовало меня с тех пор, как я вернулся вечером домой после встречи с темными существами. Потом, когда бы я не вышел из дома, или если не были задёрнуты шторы оно так же постоянно было со мной. Кто-то следил за мной, или, возможно мне так казалось, но как я не крутил головой, никого не замечал и уже немного даже свыкся с этим. «Видимо слишком много думаю на эту тему, вот и накручиваю сам себя. Кому вообще могло понадобиться за мной следить?».
— Знаешь, Тим, несмотря на все странности, что с нами происходят, чувства, которые я испытываю к тебе, заставляют сердце биться быстрее. Здесь с тобой я могу забыть обо всём мире, есть только мы. Помнишь ты тогда сказал, что я нравлюсь тебе, и я уже давно пытаюсь дать достойный ответ…
Она повернулась, положив ладони мне на грудь. Её губы оказались так близко к моим, она закрыла глаза и подалась вперед. Отбросив все сомнения я сделал то же самое… ***
…Белые сапожки на маленьком каблучке звонко цокали по мраморному полу округлого зала. Девушка торопилась и ее рыжие волосы развивались, оставляя за собой красноватые искорки. На полу величественно взирало вверх изображение солнца, лучи которого доставали до стен. На потолке же, было его зеркальное отражение. По кругу между лучами располагались массивные белые колонны, а на них были изображены сцены сражений. Воины в блистающих доспехах, неизменно одерживали победы над разными темными тварями, или людьми, облаченными в черное. Над головами у победителей часто можно было заметить изображение свечения в виде нимба. А еще у вех победителей глаза излучали белый свет, так же, как и их оружие. Глаза их противников были черны, словно ночь.
Несколько огромных стрельчатых окон открывали вид на голубое, совершенно безоблачное небо. Только они находились слишком высоко, а потому в них невозможно было увидеть что-либо кроме неба. Напротив огромных врат, через которые прошла девушка, находилась дверь с изображением сияющего креста на ней. По бокам от нее располагались двери поменьше, их было по три с каждой стороны, изображения на них были разными, но сияли они таким же чистым белым светом, как и крест посредине.
Девушка свернула, направлялась к крайней правой. Здесь был изображен огромный меч, рукоять которого упиралась в пол, а острие доставало до самого верхнего края. На следующей двери был изображен прямоугольный щит, и небольшой меч рядом с ним. Дальше были двери со скрещенными крест-на-крест клинками. Сам же зал, был около двадцати метров в поперечнике, с высоким потолком, который начинался на высоте не меньше шести метров.
Девушка подошла и взялась за ручку в виде рукояти меча. Для рыжеволосой она находилась высоковато, примерно на уровне глаз, но уверенность с которой дамочка совершила это действие говорила о многолетней привычке. Она потянула дверь на себя, и та легко открылась, не издав ни единого звука. Вся конструкция имела три метра в высоту, два в поперечнике и была сделана из цельного куска металла шириной в двадцать сантиметров. И хоть петли держали на себе немалый вес, они никогда не скрипели и не нуждались в смазке.