— Ты чего, Светлячок, давай играть, мы же только начали!
Выхватив из своего заплечного мешка небольшую скляницу с жидкостью желтоватого цвета, Ника выскочила из укрытия. Действовать нужно было быстро, не время экономить ценные предметы. Размахнувшись изо всех сил, девушка бросила скляницу под ноги ухмыляющемуся темному, и как только стекло коснулось земли, послышался глухой хлопок. Огня или искр не последовало, однако невидимая волна отбросила Тима за пределы полянки. Приземлился он на ноги, и быстрым шагом направился к Нике, которая сейчас склонилась над товарищем. Каких-либо видимых повреждений этот взрыв ему не нанес, хотя по заверению Мастера, жидкость из этой скляницы, попав на кожу, могла разъесть плоть до самых костей.
— У тебя хорошие игрушки! Ты тоже Светлячок? Давай играть!
Ника действовала с максимально доступной ей скоростью, вытаскивая следующий артефакт, который на первый взгляд мог показаться простым камнем. Такой же точно камень уже лежал на её ладони, и девушка ударила ими друг о друга. Камушки рассыпались в пыль, которую тут же развеял ветер, а когда последняя крупица сорвалась с ладошки рыжеволосой, то на полянке никого кроме Тима и Виктории не осталось. Лишь пятно крови да помятая трава напоминали о случившейся битве.
Тим остановился, приложив палец ко рту:
— Убежали… С кем теперь играть?
И он наконец обратил своё внимание на прижавшуюся к высоченному дубу девушку.
— Может, ты со мной поиграешь?
Медленно подойдя к Вике, Тим склонил голову набок. Выглядело это крайне жутко, ведь часть лица и руки, до самых плеч парня, были захвачены черной субстанцией. Вика сильно дрожала, из глаз девушки ручьем текли слёзы.
— А ведь ты тоже Светлячок… Будем играть?
— Стой! Нет! Пожалуйста, Тим! Это я, Вика, ты меня пугаешь…
Девушка подняла руки, прикрывая себя, будто ожидая, что Тим сейчас набросится и на неё.
— Вика? Вика не играет?
— Что с тобой? Прекрати это, пожалуйста! То, что тут происходит, никакая не игра!
Тим вдруг пошатнулся, прижав ладони к лицу. Руки его теперь выглядели такими же как раньше, только одна была в крови по самый локоть. Он сделал шаг в сторону и завалился набок. Кровь из раненого плеча хлынула с новой силой, орошая зелёную, невысокую траву. Вика, осознав что всё наконец закончилось, с опаской приблизилась к раненому парню. Заглянув ему в лицо, девушка обнаружила, что черное нечто, чем бы оно ни было, исчезло без следа, так же как чуть ранее от этой напасти избавились его руки.
Тим не шевелился и вообще еле дышал. Вика склонилась над раненым и попыталась поднять. «Тяжёлый! Если буду тащить на себе, он просто истечет кровью, но что ещё я могу сделать? Бежать за помощью слишком далеко и долго…» думала она, прижимая руки к ране. Однако это мало чем помогло – кровь текла сквозь пальцы, не желая останавливаться.
«Не умирай, пожалуйста…» повинуясь какому-то странному наитию, девушка закрыла глаза и вдруг почувствовала тепло. Часто заморгав, Вика взглянула на свои руки, и с изумлением обнаружила, что тепло исходит как раз от них. Так же ладони девушки излучали чистый белый свет, становясь всё ярче.
Спустя всего пару секунд кровотечение прекратилось. Рана затянулась, а тепло и сияние от рук иссякло. Взвалив на себя так и не пришедшего в сознание Тима, Вика потащила его в сторону городка. «Интересно, что же это я такое сделала и как? Смогу ли потом повторить?», размышляла она, переступая очередной булыжник, который сейчас представлял собой серьезное препятствие для уставшей хрупкой девушки.
***
В огромном зале было тепло, но пожилой человек кутался в свою мантию и сутулился, будто замерз. Его одеяние, казалось, излучало свет. На груди и спине красовались алые кресты. Волосы на голове были не седыми, а скорее белыми, как снег. По внешнему виду его можно было принять за священника, вот только бороды и усов он не носил. Тихий гул от множества разговоров стих, как только человек поднял руку и прокашлялся.
— Приветствую вас, Идущие-во-Свете, чего бы вы хотели послушать сегодня?
Голос мужчины звучал негромко, но был отлично слышен даже в самых отдаленных уголках зала. Седовласый стоял на постаменте, возвышаясь над слушателями, и имел возможность смотреть на них сверху вниз, несмотря на сутулость. Свет из огромных окон заставлял его белую мантию сиять, хотя солнца ни в одном из них видно не было. Зал имел сферическую форму, а постамент был врезан в одну из стен. От него, как круги по воде, расходились мраморные ниши, каждая на полметра выше предыдущей. Собравшихся послушать очередное «откровение» было немало, но свободного места всё равно хватало – помещение явно было рассчитано на гораздо большее количество людей. Иногда здесь проходили занятия, ученики приносили с собой стулья, и всё равно зал никогда не заполнялся полностью. Правда на «откровениях» Мастера Каминуса никто и никогда не сидел, включая самого Мастера. Конечно принести с собой стул не возбранялось, однако такого наглеца скорее всего впоследствии ждала бы печальная участь.