— Обстоятельства, мой друг, обстоятельства. Новая девочка из Сестёр Тьмы. Да-да, тех самых, о которых ты подумал. Она взяла немножко Силы у нашего юного товарища, и мне пришлось заставить её остановиться… пока парень совсем не закончился. К слову, можешь ли ты представить себе настолько удивительное совпадение – данная особа оказалась близкой подругой этих двоих!
Ратибор покачал головой, но ничего на это не ответил. Предложив гостям располагаться за дубовым столом, он позвал за собой Тима. И хоть комнат в доме старика было больше, чем могло показаться на первый взгляд, Тим предпочел отнести Марину именно в ту, в которой не так давно находился сам.
— Можешь положить девочку на кровать. Не волнуйся, когда она очнётся, я сразу об этом узнаю.
Тиму почему-то не хотелось оставлять бесчувственную подругу одну. Он чувствовал в ней какое-то родство и желал защитить даже здесь и сейчас. Пожилой хозяин похоже заметил его колебания, и доверительно похлопал парня по плечу.
— Понимаю твои чувства – ты ощущаешь в ней ту же Тьму, что есть в тебе, но я уверяю, никто здесь не причинит девочке вреда. Хотя возможно тут замешано ещё что-то. Такие вот роковые красавицы как эта, связывают своих жертв с собой после… назовём это «трапезой», дабы никого смущать. Правда на такое способны лишь наиболее сильные и опытные их них. Ну и вообще, провернуть столь сложный и опасный трюк отважится далеко не каждая Сестра Тьмы, ведь привязывая жертву к себе, они вкладывают так же и часть собственной души и личности. Питаться потом другими для них будет уже затруднительно, зато конкретно этот бедолага будет всегда готов услужить. Однако перед этим необходима длительная голодовка и ментальная подготовка. Хотя в данном конкретном случае, понять девочку можно – где ещё она сможет найти настолько… бездонный резервуар Силы.
Ратибор пока вёл этот монолог, пытался что-то высмотреть во взгляде уставшего парня. Но похоже ему так и не удалось ничего заметить – Тим просто кивнул и принялся укладывать девушку на кровать. Уже собираясь покинуть комнату, хозяин деревянного терема столкнулся с другой подругой юноши – Викторией. Ничего не говоря, старик вежливо пропустил девушку и молча удалился. Находясь у изголовья кровати Марины, Тим некоторое время ничего не замечал, а обернувшись, покраснел и начал оправдываться:
— Всё не так, Вика. Не знаю, что этот старик тут навыдумывал, но никакой связи и контроля над собой я не чувствую. Марина не «привязывала» меня, и я вообще не ощущаю в себе никаких изменений кроме усталости. Бред всё это!..
Черноволосая некоторое время молчала, обдумывая слова Тима, а потом, вздохнув, тихонько произнесла, так и не подняв головы.
— Да ладно, между нами ведь ничего не было. Не нужно оправдываться. Мы ведь тогда даже не поцеловались – нам помешали. Или может ты вообще не хотел этого делать со мной. Хотя для такого парня как ты, поцелуй это, наверное, вообще пустяк.
— Всё не так! Тогда с тобой, я хотел этого, но нас действительно прервали! А то, что произошло сегодня… я не ожидал что так случится! Это вообще был мой первый поцелуй.
Вика наконец нашла в себе силы поднять взгляд.
— Значит она его украла?
Девушка медленно стала приближаться к растерявшемуся парню, пока тот запнувшись переспросил:
— Эм..? Что украла?
— Она украла твой первый поцелуй! Поцелуй, который был предназначен мне!
Уже без вопросительной интонации громко заявила Виктория.
— Ну, наверное, можно сказать и так…
Отведя взгляд, все тише отвечал Тим, зато Вика, полностью захватив инициативу, с каждым мгновеньем приближаясь всё ближе к его лицу, и раздельно произносила каждое слово:
— В таком случае, я не собираюсь сдаваться! Я сделаю всё как надо, чтобы ты запомнил этот день благодаря моему поцелую, а не её!
Произнеся эту пылкую фразу, Вика завладела губами парня, заключив его в свои объятья. Этот поцелуй был так похож на тот, что уже состоялся сегодня днем, за тем лишь исключением, что Тим не рухнул на колени. Однако, если бы Виктория знала, каких неимоверных усилий это требовало от бедного парня, она бы немедленно прекратила свои действия.
Из соседней комнаты, сломя голову, уже мчались Мастер Буран, Ратибор и Вероника, а распахнув дверь, они так и застыли на пороге. Перед сбежавшимися обитателями дома открылась невероятная картина – вокруг целующейся пары пылал ослепительным белым светом ореол. Над головой Виктории появился сияющий обруч, а за спиной, в нескольких сантиметрах от одежды свет создал образ двух расправленных крыльев.