Новую жизнь и новое название — «убийца королей» — артефакт получил в 345 году эпохи Рассвета, когда был убит накануне коронации Келеродан, сын Элберта III. После этого случая артефакт был объявлен запрещенным, а его создание приравнивалось к измене империи и каралось смертью. Впрочем, это не помешало ему еще не единожды подтвердить свое новое имя. От «убийцы королей» погибли, по меньшей мере, пять человеческих правителей и несколько магов. Последний случай покушения с использованием «убийцы королей» был пятьдесят лет тому назад. Жертвой должен был стать Верховный маг империи, но покушение сорвалось. Убийца убит стражей при попытке бегства.
— Эти сведения устарели. Несколько дней назад меня пытались убить, и я думаю, вы догадаетесь, какой артефакт для этого использовали.
— «Убийцу»? — удивился магистр.
— Да, и все указывает на то, что заказчиком был герцог Сигурт. У него ведь есть боевой маг?
— Маг Сигурта на это не способен, — критично покачал головой Мартин.
— Вы уверены?
— Абсолютно! У Эстельнаэра хватает сил, но недостает знаний.
— Вы его знаете? — удивленно спросил я.
— Он был моим учеником, — смутился магистр. — Я хотел бы просить ваше величество по возможности сохранить ему жизнь. В будущем из него может выйти толковый маг.
— Как я смогу ему верить после всего, что произошло? Он был среди убийц той ночью!
— Эстельнаэр молод, а молодости свойственны ошибки…
— Оставим этот разговор до того времени, когда этот подающий надежды маг окажется в моих руках. — О том, что шансов на это крайне мало, я уточнять не стал. — Вернемся к запрещенному артефакту. Что вы еще можете рассказать об «убийце»?
— Я хотел бы взглянуть на него, — осторожно попросил маг. — В столь сильных предметах остается магический след создателя.
— Артефакт пропал, — раздраженно дернул я плечами. Ночные события были еще слишком свежи в памяти. Было неприятно осознавать, что, несмотря на принятые мной меры охраны замка, кто-то так играючи смог обокрасть Мезамира и освободить из тюрьмы столь ценного пленника. Перед отъездом я приказал удвоить патрули на стенах и утроить количество орков, охраняющих Уритрила. Жаль, что у меня осталось так мало магов.
— А убийца? — удивленно спросил маг.
— Сбежал. Но при допросе он указывал на герцога.
— Артефакт исчез, убийца сбежал, — задумчиво протянул Мартин. — Вам не кажется это странным? Если у кого-то нашлись силы на создание «убийцы королей», то могу вас заверить, сир, что у него хватило бы сил и на короткое внушение или даже контроль сознания.
— Но ведь это запрещено.
— Так же, как и создание подобного артефакта, — усмехнулся маг.
Между нами повисла напряженная тишина.
— Спасибо за ответы, магистр. Мне надо хорошенько обдумать ваши слова. Вы можете идти.
Мартин ушел. Я, сложив руки за спину, задумчиво прошелся по шатру. Подозрения в непричастности к покушению герцога Сигурта появились у меня сразу же после побега неудавшегося убийцы и пропажи артефакта. Слова магистра лишь подтвердили мои догадки. Но если не Сигурт, то кто?
ПОДУМАЙ, КОМУ ТВОЯ СМЕРТЬ ВЫГОДНА?
Неужели герцог Рокнар? Чушь! Зачем ему это, ведь я скоро женюсь на его дочери. А что, если не чушь, а холодный расчет? Помолвка уже состоялась, и это сделало его влияние еще значительней. Гхан казнен, Сигурт объявлен мятежником. Уритрил мал, и кто, как не Рокнар или его дочь, что в принципе одно и то же, станет регентом в случае моей внезапной кончины? Мог он все так точно просчитать? Да, мог. У него в герцогстве нет боевого мага, но его земли граничат с королевствами людей и землями эльфов. С его деньгами и связями нанять мага не составило бы труда…
Это надо проверить. Пора Ховальду доказать, что я не зря пожаловал ему дворянство. Боевые маги — фигуры видные, и даже их кратковременное отсутствие бросается в глаза.
Запретная магия… Что-то я слишком часто с ней сталкиваюсь.