— У людей и полукровок так же. Пусть у них нет так называемых домов, но ведь не может у них крестьянин сделаться королем!
— Так же, да не так. Хороший воин вполне может получить дворянство, и это понятно: они постоянно воюют. А у вас когда последний раз принимали из младшего дома в старший? Не трудитесь, все равно не вспомните! Ваша матушка, даже выйдя замуж за вашего отца, осталась в младшем доме. Теперь вы, леди, хоть и принадлежите к правящему дому, не можете претендовать на корону, пока не выйдете замуж за представителя одного из старших домов.
— Я это знаю лучше вас, — хмуро кивнула головой Эйвилин. — Пусть убираются к Падшему, мне не нужна корона, а выходить замуж я буду по любви, и не важно, кем будет мой избранник.
— Помоги вам творец, леди. Те старшие, кого я знаю, — просто спесивые уб… Кхм… — кашлянул на полуслове гном, — зазнайки. Ваш отец — редкое исключение. А ведь вся их заслуга только в том, что их предки были великими магами эльфов.
— Странно слышать это от гнома. Вы же ревностно храните память своих героев!
— Но мы не делаем героев из их потомков, если они того не достойны. Кузнец у нас может сделаться главой клана, а его сын, в свою очередь, снова будет кузнецом или простым воином. Да и само звание старейшины не дает каких-либо привилегий, а лишь накладывает громадную ответственность.
— А доступ в знаменитые сокровищницы гномов?
— Любой гном может попасть в сокровищницу, это не запрещено: богатства принадлежат всему подгорному народу.
— То есть любой гном может прийти туда когда угодно и забрать золото или понравившуюся вещь? — изумилась Эйвилин.
— Разумеется, нет. — Гном выпустил в небо очередную струйку табачного дыма. — Можно просто прийти и посмотреть. Взять что-то из сокровищницы можно только с разрешения старейшин.
— Не понимаю: если любой может войти в сокровищницу, то что ему мешает унести монету-другую? Не будете же вы пересчитывать все свои богатства после каждого прихода посетителей!
— У нас свои секреты, леди, — хитро усмехнулся гном. — Мы не обладаем магией в вашем понимании, но кое-что все-таки умеем. Иначе нас бы уже растоптали более развитые в магическом плане расы. Из сокровищницы невозможно что-либо незаметно вынести, не поставив на уши всю ее охрану.
— А были попытки?
Гном нахмурил брови и некоторое время молчал:
— Да, были. Правда, всего несколько. Да и как не быть? Гномы ведь тоже разные бывают, но отступников ждет только одно.
— Смерть?
— Есть вещи хуже смерти, леди. Бесчестие и изгнание не только отступника, но и всей его семьи. Грехи отцов ложатся на детей.
— Неужели любой гном может стать старейшиной или королем? — сменила тему Эйвилин.
— Ограничения, конечно, есть. Во-первых, старейшиной не может стать гном, не разменявший девятый десяток лет, и это естественно: с годами приходит опыт.
— Или старческий маразм…
— Это тоже случается, — весело хохотнул гном в ответ. — Во-вторых, кандидат должен быть богатым, и богатство должно быть накоплено им самим, а не получено в наследство. Исключение делается только для воинов, — он грустно усмехнулся, — среди них редко бывают богачи.
— Вот тебе и равенство! — Эйвилин скептически выгнула левую бровь. — А если он был из зажиточного рода?
— Если бы вы знали, какие у нас налоги на наследство, вы бы не задали этого вопроса, — хитро усмехнулся ее собеседник.
— А какой смысл постоянно собирать богатства, если после смерти детям ничего не останется?
— Ну, кое-что все же остается. Да и не ценится у нас богатство, полученное в наследство. Уважение и признание не покупаются за деньги.
— И вы считаете наши законы сумасшедшими! — покачала головой девушка.
Гном негромко рассмеялся:
— Возможно, я слишком предвзят, но ваши порядки… Они остались у вас еще с тех времен, когда эльфы жили в Западных лесах. Раньше считалось, что в старших домах лучше передаются магические способности, но теперь совершенно ясно, что это неправда. Рано или поздно вам придется изменить существующее положение дел, и я не завидую тому, кто решится на этот шаг. — Неожиданно он зевнул, прикрыв рот огромной мозолистой ладонью. — Пожалуй, самое время немного отдохнуть. Доброй ночи, светлая леди.
Гном развернулся и пошел к выходу с веранды, громыхая подкованными сапогами.
— Подождите! — окликнула его девушка. — Как вас зовут? Я помню, отец представлял вас, но я не запомнила.
— Бальдор Белобород — к вашим услугам, леди! — Гном с достоинством поклонился и направился в свои покои.