Мерзко. Невыносимо мерзко. Противоестественно. Теперь мне была понятна нелюбовь к некромантам, если уж они разбирали на части тела умерших, а из их душ создавали подобные мерзости… Их просто нужно было сжигать, без разговоров и шансов на оправдание. Любой маг, погрязший в подобной мерзости просто недостоин жизни. Сейчас я как никогда осознал одну из причин, почему Азура и Меридия столь ненавидят некромантов и сам начал проникаться схожим чувством.
Что делать с заполненным камнем душ вопрос даже не стоял, тут даже не стоило вспоминать о том, что их хранение тянет за собой плаху, моего личного отвращения было достаточно свыше всех имеющихся причин, как с точки закона, так и морали.
— Крак! — новообретенный кинжал расколол наполненный тьмой кристалл и тот рассыпавшись на множество мелких осколков резко потерял свою мерзкую ауру. Душа, захваченная в клетку некромантом, была освобождена и сейчас двигалась на пути в одно из царств Этериуса.
— Хммм, — я задумчиво посмотрел на осколки камня душ, а после вспомнил количество нежити, а так же трупов, которое встретил на всём пути к мастерской мага и главным залом всего храма по совместительству. — Их должно быть значительно больше, нужно найти их все.
Клинок Меридии мог подождать ещё час другой, он ждал несколько недель, а может и месяцев, так что подождет каплю дольше. Мне нужно было перевернуть вещи некроманта верх дном и найти каждый гребанный черный камень душ.
Ловушек помимо полосы в несколько метров перед единственным входом в самый просторный зал всего комплекса не было. Я видел несколько дверей по бокам и могу посмотреть за одной из них прятались кладовая с запасами мертвеца, а за другой место, где он ел и спал, а также вёл свои записи. Уж журнал экспериментов или дневник у некроманта точно был, как я успел заметить личные дневники в особом почёте в Скайриме, а может так во всём Нирне. Я не вёл ни одного до этого момента, но возможно, что мне нужно изменить этой традиции и таки обзавестись хотя бы записной книжкой.
Закончив с телом осквернителя даэдрического храма, сняв с него помимо мантии и кинжала в добавок два кольца, на каждую из рук, а также кулон, двинулся к одной из закрытых дверей. По пути надевая каждое из колец на свободные пальцы, если смотреть мне мои руки, то я больше походил на падкую на украшения ворону, нежели на приличного мага. Из десяти пальцев четыре были в серебряных кольцах, так скоро дойду до того, что стану по кольцу на каждый палец, мне бы ещё парочку магов убить и тогда уж точно смогу.
Чары на кольцах были самые подходящие для колдуна, пускай даже некроманта, так как приходилось взаимодействовать с душами и Обливионом, то они повышали связь с пространством даэдрических Принцев тем самым уменьшая затраты на манипуляции с энергиями этих планов. Что очень полезно, как для призыва младших даэдра вроде дремор, так и для поднятия нежити, ведь душу нужно не только вырвать из Этериуса, но и протащить сквозь Обливион и не дать той сбежать обратно.
Для пробы призвал возле себя огненного атронаха и удивленно заметил, что почти не ощутил оттока магии, мой запас немного колыхнулся и тут же начал стремительно восстанавливаться под напором чар на робе.
Лицо просияло от осознания открывшихся возможностей. Наконец-то, наконец я ощутил себя действительно опасным. Теперь, когда призыв столь грозного даэдра, как огненный атронах не выжимал меня до последней капли, а лишь едва сказывался на моём общем запасе магии, теперь я мог назвать себя магом, призывателем так уж точно.
В приподнятом настроении я открыл первую дверь и обомлел, прямо напротив меня был шкаф с тремя полками, на которых не было свободного месте от черных камней душ, пустых и заполненных. Сколько же людей убил некромант, чтобы собрать эту коллекцию? От количества камней душ и их общей зловредной, отвратительной ауры мне едва удалось удержать желчь внутри своего желудка, а голова нещадно заныла.
— Больной ублюдок, жаль я не мог позволить себе пытки перед твоей смертью, — рука вцепилась за рукоять эльфийского кинжала.