— Впечатляет, — протянул я и трио босмеров было молчаливо согласны со мной, такой выстрел был едва ли не вершиной мастерства лучников.
Впрочем, она была мером и выглядела лет на тридцать, а значит на деле ей было под семьдесят, так как все меры живут приблизительно вдвое больше людей, если не использовать магические практики и ритуалы для искусственного продления срока жизни. Хотя та же Барензия на момент событий пророчества о Нереварине была бабушкой четыреста тридцати лет и нигде не упоминалось, что она пользовалась услугами магов для этого, а значит была настоящим долгожителем своего народа.
Подъехав к трупу тролля данмерка соскочила с остановившейся повозки и выхватив свой кинжал принялась разделывать тролля на части, да закидывая их в обычный тряпичный мешок. Органы, жир и кровь тролля были алхимическими ингредиентами и их можно было неплохо продать алхимикам, а шкуру занести кожевнику или кузницу, или просто продать торговцам всяким-разным. Одним из плюсов нашей ситуации был холод, да, тот самый холод доставляющий кучу неприятностей таки мог приносить пользу. Он замораживал органы и не давал им возможности портится, конечно они всё равно теряли от этого в цене, но охочих их купить не убавит.
Наконец, закончив разделку спустя минут двадцать, приведя себя в порядок от крови покрывающей руки и доспех с помощью снега, она повесив окровавленный мешок с уже успевшим задубеть содержимым на один из крюков для мешков на борту телеги, забралась обратно на своё место.
Я же душа добрая протянул ей одну из бутылок меда, чтобы она немного согрелась, перед этим эту бутылку нагрев в руке с помощью пламени, уж моих сил хватало на такую мелочь.
— Угодник, — улыбнулась она приняв теплую бутылку.
Ну хотя бы наши взаимоотношения за полторы недели пути стали теплее, вот бы Скайрим так же потеплел было бы чудесно.
Смеркалось, дорогу освещали только фонарь со свечей у кучера и мой атронах плывущий возле меня, что уже будто принял свою роль обогревателя и походной плиты и просто смиренно делал, что приказывал ему. Несмотря на скорую ночь останавливаться для обустройства лагеря мы не спешили, ниже по склону, в получасе примерно от нас виднелись огни на каменных станах имперской крепости. До Хелгена стало рукой подать, а припозднились мы только из-за заметенных снегом дорог, но основной горный хребет позади, и мы медленно ехали к подножью гор.
Лично я мечтал о двух вещах: найти алхимика и купить зелье от простуды и о теплой кровати в таверне. О втором пункте мечтали все оставшиеся попутчики, даже норды, как мне показалось они даже больше чем я.
На воротах повозка остановилась, а нам навстречу вышел одетый в доспехи империи один из двух дежурных у ворот. Освещая ночь факелом он всмотрелся в наши уставшие лица и осмотрел владельца личной упряжи из двух лошадей.
— Оставь их, это Фротгар, — подал голос второй из дежурных.
— Знаешь его? — первый повернулся спиной к нам и лицом к своему коллеге.
— Да, вместе росли, он часто здесь проезжает, ты новенький, а потому ещё не встречал его.
— Ясно, — кивнул дежурный и приказал кучеру. — Проезжай.
Хорошая новость? Нас пустили в крепость. Плохая? Следуя логике любая лавка в том числе алхимическая в это время суток закрыта. И мне нужно больным найти место где переночевать и молится чтобы моя простуда не ухудшилась к утру.
Разобрав свои пожитки и согласовав встречу завтра в полдень у ворот крепости наша не славная и не дружная компания разошлась кто куда. Лично я поспешил к ближайшему стражу и всунув ему в руку пять монет, разузнал где тут расположены таверны, и кто может в это время продать мне зелье от болезни.
Как оказалось, была моя правда. Алхимические лавки действительно закрылись ещё пару часов назад, но вот в городе была одна знахарка, которая могла помочь мне и жила она недалеко, всего десять минут ходу от меня. Поблагодарив стражника, отправился по его указаниям в сторону где жила старая травница, благо хоть внутри огромной крепости было очень светло благодаря множеству фонарей.
Старый деревянный дом, который видел лучшие времена и вокруг которого распространялся аромат трав и зелий, таким был дом нужной мне старухи, в окнах горел свет, а значит кто-то да был внутри. Подойдя ко входу я несколько раз ударил кулаком по деревянной раме и сразу же услышал, как внутри кто-то начал подходить к двери.
— Ну, кого там принесла нелегкая! — мне едва не заехали дверью по носу.
Старая, даже дряхлая женщина едва доходящая мне до груди смотрела на меня своим недовольным взглядом и хмурилась, а даже заложенный нос в секунды был забит ароматом травяных настоев.