Для работающей женщины одна из серьезных жизненных проблем — оставшиеся дома без присмотра дети, а порой и старые родители. Тут может выручить "сотрудник". Нет, не один из ваших сослуживцев, а робот-сотрудник, созданный американской компанией "I Robot".
Подвижный телеробот оснащен микрофоном, видеокамерой и передатчиком, который транслирует изображение и звук в Интернет. Управляют роботом через сайт — его можно направить в любую комнату и на кухню и, не сходя с рабочего места, проследить, что там сейчас происходит. Причем сами разработчики предлагают оснастить его сотовым телефоном, чтобы он более качественно передавал звук. И вы всегда будете в курсе, кто в ваше отсутствие съел трехлитровую банку варенья.
Группа американских ученых из Массачусетского технологического института разработала модель "умного" пылесоса под названием "Румба". Этот пылесос совершенно самостоятелен. Его надо только включить и оставить в покое. Все, что нужно, он сделает и без вашего участия. Круглый "ползающий объект" (35 сантиметров в диаметре и два килограмма весом) тщательно вычищает от пыли свободное пространство комнаты, двигаясь по расширяющейся спирали, а наткнувшись на стену, идет вдоль нее и сам обходит препятствия. Обработав всю комнату, выключается (искусственный интеллект и электронная память позволяют ему оценить, когда он начинает повторно ездить по уже вычищенному участку пола). Единственное, что у "Румбы" пока не очень хорошо выходит, — это доставать пыль из углов: мешает круглая форма. Но конструкторы обещают этот недостаток преодолеть.
В Америке изобретен робот, который может стать замечательным помощником многим мужчинам. Он создан для того, чтобы открывать пивные бутылки, а также бутылки с завинчивающейся крышкой.
Недавно английские инженеры приступили к разработке робота-гладилыцика. Машина будет не только гладить, но и складывать выглаженное белье и одежду.
Елена Съянова
Тень фюрера, которой не будет дано прощение
"Чтобы узнать, о чем думает Адольф, нужно послушать, что говорит Рудольф". Пуци — так прозвали шутники-коллеги Эрнста Ганфштенгла — сам был, как известно, штатным шутником из окружения Гитлера. Но о том же самом в 1938 году пишет и английский посол в Германии Гендерсон, которому в то время было совсем не до шуток: "Тщательно скрытые мысли германского фюрера порою прорываются в неофициальных речах его заместителя, как это имело место в прошлый вторник в Университете Мюнхена. Таково мнение посвященных. Сколько в том спонтанности, а сколько расчета — не скажу, однако, очевидно, что Гитлер и Гесс по-прежнему необычайно близки".
До 10 мая 1941 года (дата полета Гесса на мирные переговоры в Англию) Гитлер и Гесс почти не расставались. "Чтобы найти одного, следует поискать другого" — такое свидетельство особенно полезно для историка тем, что Гесс, личность среди нацистов самая закрытая и подчас плохо уловимая, поддается изучению именно как alter ego Гитлера, чья фигура на историческом небосклоне двадпатых- тридцатых-сороковых видна повсеместно и отчетливо. В сущности, Гесс- политик — это и есть Гитлер (безусловно, и наоборот), а также — и вся стратегия и тактика германского национал-социализма, то есть то преступление против человечества, за которое Гесс и получил свой пожизненный срок. Таким образом, фигура Рудольфа lecca может сделаться гораздо более прозрачной, чем это принято считать.
Последнее свидетельство важно еще и тем, что позволяет лучше узнать личную жизнь Гесса, на которой висит гораздо больше "амбарных замков", нежели на личной жизни самого Гитлера.
Вот, к примеру, отрывок из письма Эльзы Гесс (жены Рудольфа Гесса) к ее подруге Ангелике Раубаль (двоюродной племяннице и возлюбленной Гитлера). В нем Эльза описывает свое первое впечатление от речи Гитлера в 1921 году: "...и — о, боже, в какую дыру мы отправились! Самая что ни на есть жуткая пивнушка, какими бонны пугают маленьких непослушных девочек. Накурено так, что шиплет глаза; повсюду грязные кружки с налипшей пеной, злые лица, хриплые голоса. Я робко спросила Рудольфа, что мы здесь будем делать. "Слушать" — резко бросил он. В это время компания у стены горланила похабную песню, а на небольшом возвышении в конце зала кто-то что-то выкрикивал. "Его?" — глазами показала я. "Нет. Я скажу, кого" — был ответ. Когда наконец он указал мне на очередного оратора, я, разогнав платочком дым перед собой, добросовестно всмотрелась, но ничего не поняла. Стоял некто худенький, с мокрым лбом и странно неподвижными серо-голубыми глазами. Он стоял и молчал, но в пивной становилось все тише и тише и наконец стихло совсем. Тогда он произнес первые фразы. Сначала вполголоса и так, точно просил о чем-то. Потом — чуть громче, сильней нажимая на отдельные слова.