аракчеевщина или маниловщина?
Историк Андрей Зубов знает, что «граф Алексей Андреевич [Аракчеев] создал в своих владениях оазис благоустройства, благополучия и хозяйственного процветания, крайне редкий в России... В селах были созданы школы, больницы, дома инвалидов, позднее Мирской банк. Четкие регламенты предполагали наделение всех дворов скотиной и имуществом. Граф требовал от крестьян исключительной чистоты и порядка в ведении хозяйства, в жизненном обиходе, в обращении с детьми. В необходимых случаях он не жалел своих личных средств, но всегда требовательно проверял их расходование и за растраты, пьянство, разврат наказывал строго. Знание молитв, посещение церковных служб, чтение Писания для грамотных были обязательными условиями графского благоволения. Если, например, желающий вступить в брак юноша не знал положенных молитв и основы катехизиса (а экзаменатором был сам Аракчеев), его брак откладывался на год. Инструкция из 36 пунктов давалась молодым матерям по уходу за грудными детьми, особые правила были введены для содержания скота, кошек и собак. Чисто выметенные улицы, красивые, добротные дома под крашенными суриком железными крышами, хорошо одетые, здоровые и сытые крестьяне, прекрасно обработанные свои и господские поля были лучшей визитной карточкой аракчеевских деревень».
Андрей Зубов.
Размышления над причинами революции в России. Царствование Александра Благословенного.
«Новый мир», 2006, № 7, стр. 132.
Демоскоп знает больше. Нам кажется, что устремленная в прошлое мысль историка подсказывает нам те же политические решения, что и устремленная в будущее мысль футуролога, о которой мы уже рассказывали. Теперь мы знаем не только, КАК НАДО, но и КАК НАДО БЫЛО. Как тут не испытать чувства гордости за нашу науку?!
Хорошо известно, что враг рода человеческого, прибывая в Россию, всегда принимает форму либерала. Либерала хлебом не корми, но дай ему поговорить о праве человека на свою частную жизнь, о суверенитете семьи, о незаконности вмешательства в нее помещика или партийной организации. Но, как писал поэт, «что нужно Лондону, то рано для Москвы». Рано было в начале XIX века, тем более рано в начале XXI. Тогда это, по крайней мере, понимали, во всяком случае, такие редкие люди, как граф Алексей Андреевич Аракчеев. «Последствия жестоких несправедливостей и насилий восемнадцатого века были в России столь значительны, что и воспитательные меры требовались, по всей видимости, чрезвычайные, с элементами принуждения, какие применяются в отношении детей», — разъясняет нам его позицию Андрей Зубов. Мы знаем, что и нынешнее ее население — хоть и не крестьяне в основном, но те же «инфантилы», из-за которых «государство исчезает напрочь». Поэтому Андрею Борисовичу Зубову следовало бы четче указать на практические уроки, которые должны извлечь из исторического опыта обращения власти со своими инфантильными народами сегодняшние государственные люди.
Дж.Доу. «А.А. Аракчеев». 1824 г.
«Благополучная жизнь, — повествует историк, — вводилась графом не без сопротивления крестьян, которым многое не нравилось: и запрет на употребление алкоголя при домашних торжествах, и недопущение малейшей грязи и захламленности на улицах, в домах и усадьбах, и принудительное обучение детей, достигших 12 лет, счету, чтению и письму, и обязательные прививки оспы, и клеймение скота, и надзор за его состоянием, и требования церковной дисциплины, и строжайшие наказания за разврат и нарушение супружеской верности».
Ну, мало ли что им не нравилось! А нам с Алексеем Андреевичем и с Андреем Борисовичем не нравятся разврат и нарушение супружеской верности, нам не нравится пьянство! Кто, в конце концов, дети — они или мы? Даже и сравнивать нельзя.
Посмотрите, например, на Александра Андреевича Аракчеева. «Верующий и благочестивый с молодых лет православный христианин, одаренный блестящими организаторскими способностями и административным талантом и, что, наверное, самое главное, трудившийся не ради корысти и славы, а... следуя своему нравственному долгу». «Преданный без лести» — еще Пушкин писал. «Такой сотрудник был бесконечно нужен императору. Александр, Аракчеев и князь А.Н. Голицын втроем составили тот мощный рычаг, который чуть было не развернул Россию с пути к национальной катастрофе, намеченного деяниями «великих» монархов XVIII века — Петра и Екатерины», — говорит А. Зубов, недолюбливающий ни первого, ни вторую. Ладно, будем и мы их недолюбливать, будем любить Аракчеева, который чуть было не развернул... А почему не развернул? А потому, что примкнул к «заговору священноначалия Русской церкви против Голицына», к коему он ревновал царя, не желая ни с кем делить свою преданность без лести. Так что его «банальная зависть к чужой власти и славе» основательно поспособствовала тому, что «были уничтожены первые после Раскола прочные основания духовного возрождения и просвещения России». И это все пишет Андрей Зубов? Он что, Пушкина начитался? «Полон злобы, полон мести, без ума, без чувств, без чести.» Хотя — это снова Зубов — ведь и «император прекрасно знал слабости и недостатки своего гатчинского друга — малокультурность, обидчивость, завистливость, ревность к царской милости, но все это перевешивалось в глазах царя его достоинствами».