Черкасов направился к выходу под поднявшийся шум.
— Николай Гаврилович! — окликнул я его и быстрым шагом направился к нему. — Вы не знаете, где сейчас Бард?
— Насколько я знаю, в администрации города. Там сейчас проводится срочное совещание.
— Учеба когда продолжиться?
— Через три дня. За это время все уже должны определится.
Я вернулся к парте, собрал вещи и двинулся к выходу из школы, а там к администрации. По пути набрал номер Разумовской — не отвечает, затем позвонил Троекуровой — тот же ответ. «Значит, все там», — решил я.
— Ого! — не удержался я от возгласа.
Перед зданием стояло никак не меньше двадцати машин, одна другой дороже. Поискал глазами внедорожник, который так любят охотники. Их оказалось целых два, и стояли они рядом. На подходе дверь одного открылась и оттуда вышла знакомая девушка.
— Привет, Змея.
— О! Какие люди. Как дела? Как учеба? Слышала, что ты стал у нас китайцем.
— Там все нормально. Я по какому делу. Передай Барду и своему командиру, что в Новосибирске портальных пробоев больше не будет. Пусть учитывают этот факт.
— Та-а-ак, — она схватила меня за руку. — Откуда сведения?
А я почувствовал, что нельзя говорить о той воительнице, до тех пор, пока не найду якоря, нельзя.
— Неважно откуда, но я гарантирую, что пробоев здесь не будет. И ты бы отпустила меня, все равно никуда не пойду, — я кивнул в сторону входа в здание администрации.
Эти три дня я решил провести за программированием. На каникулах я практически не работал, только обдумывал все те же незыблемые законы физики. Пока у меня получилось их шесть и вроде как больше не предвидится. Вот их программированием я и решил заняться.
Бах… бух… стук…
— Станислав, я знаю, что ты здесь!
Два дня работал нормально, а сегодня меня решили оторвать от работы. «Может быть, притвориться, что меня здесь нет?» — мелькнула у меня мысль. — «Телефон выключен, сижу тихо». Стучалась ко мне все та же китаянка Ясминь. Три дня назад она уехала к принцессе, а сегодня почему-то решила вернуться.
Стук… бах… бух…
Придется открыть, эта ненормальная не отстанет, если я правильно распознал ее характер.
— Чего тебе?
Ясминь посмотрела на меня, затем заглянула в комнату.
— Ты что, ничего не знаешь?
— Ты о чем?
— На великую княжну совершено покушение. Передали, что все погибли.
Я вернулся в комнату, на автомате закрыл крышу ноутбука, включил телефон, поскольку информацию решил посмотреть там, а не на компьютере. Только набрал в поисковике фразу «покушение на княжну», как поступил вызов с неизвестного номера. Телефон мой знало совсем немного людей, поэтому вызов странный. «Ошибся, что ли кто-то?», — подумал я и хотел было сбросить вызов, но пришедшее наваждение изменило решение.
— Да.
— Станислав, это Надежда, — узнал я голос княжны.
— В… ты где?
Чуть было на автомате не сказал «ваше высочество, вы живы?», но успел изменить фразу.
— Коленово по Ярославскому шоссе. Я вспомнила только ваш телефон. Мне нужна помощь, свяжись… меня выследили!
После последней фразы в трубке раздались гудки. Я положил ноутбук в рюкзак и побежал к выходу.
— Стас, ты куда?
Оглянулся и облегченно выдохнул, что китаянка осталась стоять. Направился я сразу к Разумовским и тут мне повезло — на взмах моей руки остановилось такси. Я указал адрес и сделал предварительный звонок, сообщив о моем скором приходе.
— Станислав, что случилось? — Наталья встретила меня сама.
— К деду!
Я побежал по дому в рабочий кабинет главы рода, зная, что тот в это время находится там.
— Леонид Тимофеевич, — с порога начал, — Надежда Юрьевна выжила. Пять минут назад позвонила мне, сказала, что ей нужна помощь, потом, что ее выследили и связь оборвалась.
— Это точно была она?
Безопасник не был бы безопасником, если бы не задал подобный вопрос. А дед Натальи был вообще начальником императорской службы безопасности.
— Абсолютно. Да, она сказала, что находится в Коленово по Ярославскому шоссе.
Дед стал тут же звонить кому-то по телефону.
— Меня берете с собой, — тут же заявил я. — Не возьмете, сам поеду.
Слова вырвались сами собой, и я даже не понял их причину. Одно дело спасти умирающую девушку с помощью рун, другое идти в спецоперацию по освобождению. «Но ведь что-то заставило меня это сказать?» — эта мысль постоянно вертелась у меня в голове после подобных спонтанных решений или моих «перлов».
— Хорошо, — после пятисекундного разглядывания меня, произнес он. — Выйдите, мне поговорить надо.