Только эта заметно моложе и даже чем-то похожа на женщину. А так, та же магия, злость, дом из дерьма и палок, сказочный лес, все такое.
Когда подошли к крыльцу, Ванда забрала части ящера, предварительно их осмотрев. Потом указала на низкий сарай, крытый какой-то корой или черепицей странного вида. Он был похож на сортир, только чуть подлиннее. Раздолбанная халупа, не прочней хлипкого шалаша. Но даже это казалось пентхаусом. Все безопаснее, чем на поляне под деревом.
Словами «что пялитесь, пошли прочь», хозяйка любезно проводила нас на ночлег. Вместо кровати было мягкое сено. Оно приятно хрустело и пахло, почти не кололось, что было вдвойне хорошо.
Арвин подстелил плащ, а я лег прямо на сено. Вокруг висели пучки разных трав, сушеные цветы и плоды неизвестных деревьев.
Перекусив перед сном, мы смотрели в потолочные щели, ощущая, как свет ускользает. А когда настала полная темнота легли спать, забыв обо всем, что тревожит.
***
Утро выдалось малость прохладным, но довольно сухим, что приятно. Мы шли по траве, и роса почти не мочила ботинки.
Ванда подняла нас с рассветом, отправив искать гриб синевик. Название передавало цвет этой штуки. Я был даже не удивлён, ведь после драконов с вампирами, синюшные грибы — почти норма.
Ванда должна создать мощное зелье, где гриб играл важную роль. Только растет эта дрянь где угодно. Встречается крайне редко, и может вообще не попасться.
Пытался расспросить поподробнее, но чуть не получил огнем в морду. Хотя, она и сама-то не знала, слишком странный грибок. Остается рассчитывать на удачу, которая пока что не подводила.
— Так, нужно смотреть под кусты и вдоль троп, еще возле болот и в тени. Грибы всегда водятся там, я в детстве за ними ходил, — бубнил Арвин.
— Молодец, только все не так просто. Ванда сказала, что он магический.
— Неважно какой, гриб есть гриб, Макс. Уверен, мы быстро найдём.
Я не разделял оптимизма, но при этом кивнул головой. Мы прошли открытое поле, углубившись в редкую рощу, где росли тонкие деревца. Какое-то время искали, но Арвин предложил идти дальше.
Спустя минут десять, напарник посмотрел на меня, и стал говорить нечто странное.
— Она ничего, эта дама, — произнес, немного смущаясь.
— В каком плане, чувак?
— В простом. Она очень даже мила. Просто ей не хватает любви.
— Любви? Этому дворосеку-мутанту? — Скептически хмыкнул я.
— Не смей так говорить! — Арвин потянулся к мечу и злобно сверкнул глазами.
— Эй, ты чего… Она же нас чуть не убила, — процедил я в ответ.
— Да, но в ней что-то есть. Знаешь, суровое лицо, эта шея… Грудь, словно спелые клубни, в задние прелести манят своей красотой.
— Все ясно, у тебя недотрах.
— Недо кто?
— Эээ, не важно. Женщины у тебя давно не было.
— Это да, считай что сто лет или больше.
— Слушай, друг, давай лучше в город придем? Там ты снимешь себе как ее… деву. Золото у нас и так есть. А к Ванде подкатывать лучше не стоит. Она твой «боевой клинок» оторвет.
Арвин замедлил шаг и задумался. Казалось, что он успокоился. Но парень выдал то, от чего стало плохо.
— Она не настолько опасна. Нужно понять ее душу! Помоги же мне, Макс. Сделай так, чтоб она дала мне любовь!
Что, твою мать?! Вместо «любви» она даст поток плазмы, который превратит нас в шашлык.
— Арвин, прости, но я не могу внушать свои мысли. Как заставить ее с тобой лечь? Она же настоящая бестия!
— Хватит поносить мою Ванду! Узнай, ее мысли, Максим! Я сам подберу нужный ключ.
— Блин, чувак, все не просто. У нее душа почернела. Там живого почти не осталось. Не знаю, как сказать даже.
Арвин отошёл в сторону, порылся в траве, а затем вернулся обратно.
— Не говори ерунды, я все чувствую! И вообще, не одному тебе кувыркаться с юными девами.
— Что, в каком плане?
Мне стало немного стыдно. Выходит, Арвин все слышал. В этом нету зашквара, я ж не с мужиком кувыркался. Но все равно, как-то тупо.
— Мне приснилась водяная змея, в том дворе. Проснулся от страха, и понял, что это не сон. Ты развлекался с красоткой, которую мы спасли. А мне не даешь обрести свое счастье.
— Черт, я не знал. Думал, дрыхнешь, после той пьянки. Какое счастье, чувак? Говорю же, в город придем! Будет там твое счастье.
— В отличие от похотливых пришельцев, я желаю пойти под венец. Как только окончу обучение в Храме, женюсь на Ванде, сделав ее новой аристократкой!
— Остапа конкретно несет, — хмыкнул я, чувствуя, что свалюсь в обморок.
— О, стопа? Это поговорка такая?
— Она самая, друг, я подумаю. Тут надо круто собраться. Может, завтра все замучу. Или послезавтра… не знаю.