Я впилась ногтями в его спину, когда он погружался в меня дюйм за дюймом, пока полностью не оказался внутри меня. Я глубоко дышала, стараясь справиться с напряжением внизу живота. Бобби медленно вышел из меня, потом вошел обратно. Он повторял этот движение, раз за разом позволяя моему телу привыкнуть к нему.
— О… Боже, — Бобби простонал мне в ухо. — Ты такая мокрая. О, Боже, — умолял он. — Лил, я должен остановиться. Я должен кончить.
Я понимала, что он имел в виду. Был близок к краю, и был внутри меня. Но хотела, чтобы он там и оставался. Возможно, это был наш единственный раз, и я хотела, чтобы он был полноценным.
— Нет, Бобби, не останавливайся, — заверила я его. — Так приятно. Продолжай.
— Лил, — его глубокий стон щекотал мое ухо. — О, Лил, ты так хороша… так чертовски хороша.
Я чувствовала, как изменился его тон, как напряглось его тело. Бедра Бобби нашли нужный ритм. Хриплые стоны разрывали меня на мелкие кусочки. Его глаза закатились, он сжал спинку дивана чуть выше моей головы. Сквозь зубы он произносил мое имя, словно помещал меня, а я принимала его дар все время, пока он не упал на меня.
Глава 8
Лето 1957
— Что мы здесь делаем? — спросила я, отходя ото сна. Мне казалось, что сейчас, по крайней мере, два часа ночи.
— Решил, что мы можем посвятить этот вечер воспоминаниям. Я не был здесь с тех пор… — он поймал себя прежде, чем совершил ошибку и упомянул тот день перед свадьбой.
Он не знал, что с тех пор я здесь тоже не бывала.
— Давай, — подозвал он меня, пробираясь к главному дому.
Он вытащил ключи из кармана открыв ими дверь, включил свет.
— Иисус, да тут, как в склепе, — пробормотал Бобби.
Вся мебель была покрыта тканью и пылью. Словно время остановилось. Он сорвал брезент с одного из диванов, и нас тут же окружило облако пыли.
— Вы сюда не приходили больше?
— Нет, — ответила я монотонно.
Бродив по гостиной, я чувствовала, как призраки счастливой жизни преследуют меня.
— Так не… свадьба, — продолжала оправдываясь, — а после смерти твоих родителей, я сказала Рори, что слишком больно ездить сюда. Но это была не настоящая причина, — взяв пыльную картину моей сестры, на которой изображены братья Лайтли и я с невинными улыбками. Попыталась вспомнить то чувство.
— Рори продолжал строить планы, чтобы исправить это, но прошлое уходит, и он не в силах его изменить. К тому же он постоянно занят работой. — я посмотрела на лестницу, единственным изменением была краска. — Мы забрали отсюда только часы. Точнее их отдала твоя мать за несколько недель до аварии.
Бобби ничего не ответил.
— Он не хотел, Бобби. Он хочет производить на всех хорошее впечатление. Чтобы все выглядело идеально и не видит, что с нами что — то не так, хотя это очевидно.
Видимо Бобби думал, что вернуться сюда было хорошей идей. Ведь я сама ему как — то сказала, что это мое самое любимое место. Но это было до того, как я приняла самое страшное решение в своей жизни. Возвращение сюда — словно разбередить старые раны, которые никак не хотели полностью заживать. Само по себе возвращение Бобби было достаточным, чтобы вскрыть старые раны, но сейчас это было уже слишком.
Я сделала то, что делала всегда, когда не могла спать по ночам, когда в доме становилось слишком душно. Шагнув к крыльцу Бобби последовал за мной на улицу.
— Лил, прости. Я не думал…
— Что ты думал, Бобби? — я развернулась к нему лицом. — Ты хотел привезти меня сюда и напомнить мне какой ты классный парень? Как с тобой весело? Как с тобой приятно? Ты хотел научить меня смеяться снова? — отрезала я. — Но ты больше не тот парень. Ты оставил меня здесь. В одиночестве. Ушел с моим сердцем, и потом умер. Умер, Бобби. А теперь ты здесь.
— Ты выбрала эту жизнь, Лилли! Я не оставлял тебя в одиночестве. Оставил тебя, когда ты вышла замуж за Рори. Ушел, потому что не мог быть счастливым даже ради моего собственного брата. Не мог смотреть на него без ревности. Я не мог смотреть на его жену, не желая ее. Я не хотел быть таким человеком.
— И поэтому ты привез меня сюда? Чтобы напомнить мне обо всем, что потеряла, когда сделала это выбор, — я скрестила руки и подняла голову вверх, как будто там я могла найти все ответы. Звезды мерцали на черном небе. Я уже начала забывать, насколько это прекрасно.
— Ты это хотел сказать мне?
— Я просто пытаюсь сделать тебя снова счастливой.
— Бобби, счастливая Лилли — это Лилли, которая с тобой! — закричала я. — Все, что ты делаешь, это напоминаешь мне, что Рори не ты и что он не может быть тобой.