— Лилли? Все в порядке?
— Да. Обещаю. Я просто хочу побыть одна, и думаю, тишина поможет мне избавиться от головной боли.
Я наблюдала за ее реакцией в зеркале, она беспокоилась.
— Хорошо, но если тебе что — нибудь понадобится…
— Я уже готова. Осталось только надеть платье, — заверила я ее.
Она еще раз кивнула перед выходом и закрыла за собой дверь. Головная боль мгновенно притупилась, но окончательно не прошла. И я знала почему. У меня было не так много времени, с тех пор как я оставила Бобби на чердаке. Мне было интересно, что делает и что он думает, раз позволяет мне выйти замуж за Рори. Скорее всего он считает это ошибкой. Я просто хотела увидеться с ним, прежде чем свяжу свою жизнь с Рори навсегда. Но на это уже не было времени. Я понятия не имела, где он и с кем. Я старалась не плакать, чтобы не испортить свой макияж. Ходила по комнате и глубоко дышала, пытаясь успокоиться, унять панику, надеясь на волшебный побег. Я шлепнулась на стул. Не была готова надеть платье. Это означало бы конец. Еще было время, чтобы что — то изменить. Я посмотрела на платье, которое висело на дверце шкафа, на его кружева цвета слоновой кости и атлас, который мерцал на солнечном свету. Протянув к нему руку, почувствовала, что для меня это словно смирительная рубашка. Мои глаза двинулись к вуали. Тончайшее французское плетение, которое должно было невесомо касаться моих плеч. Это казалось более легкой отправной точкой. Менее удушающе, чем надеть платье. Я двинулась к коробке и открыла ее. Достала ткань. Тонкая и хрупкая, словно крылья бабочки. Я засунула гребешок в волосы, и вуаль каскадом закрыла мой затылок. Край нежно ласкал мои плечи, должно было быть что — то обнадеживающее. Но я чувствовала каждый слой, каждую нить своей кожей, словно по ней проводили микроскопической бритвой. Раздался стук в дверь.
— Сказала же, что буду там! — крикнула я.
— Лил. Это я, — голос Бобби прозвучал с другой стороны. Я побежала к двери так быстро, что чуть не спотыкнулась, открывая ее. Моя улыбка наткнулась на серьезное лицо, как будто пришел на похороны, а не на свадьбу. Он откашлялся.
— Вау. Ты выглядишь красивой.
— Спасибо.
— Рори попросил меня лично доставить тебе это, — сказал он, протягивая мне небольшую коробочку.
— Оу, — выхватив ее из его рук. — Проходи.
Я отошла в сторону, когда он зашел и закрыл дверь. Он так старался быть хорошим братом, и я чувствовала, как это буквально душит его. Я открыла коробочку. Внутри была небольшая карточка, а на ней было написано: «Моей Лилли, самому прекрасному цветку. Не могу дождаться, когда увижу тебя в проходе к алтарю». Это была одна из тех вещей, за которые я любила Рори. Он обожал меня. И я думала, что этого достаточно. Внутри было небольшое ожерелье с лилией. Оно прекрасно, но я не могла надеть его. Это будет еще один шаг, отдаляющий меня от Бобби. Я посмотрела на Бобби, ожерелье свисало с моих пальцев. Он прислонился к стене, его руки и ноги были скрещены. Он был одет в серый костюм, его обычно взъерошенные волосы были зачесаны назад. Он не смотрел на меня.
— Бобби, я не могу это сделать, — пробормотала я, и мои глаза наполнились слезами. Мои слова как будто сорвали его жесткую бронь. Он посмотрел на меня и твердо сказал.
— Я не хочу, чтобы ты это делала, Лил.
Я положила ожерелье и подошла к нему.
— Что мы будем делать?
— Все так смешалось, — он провел рукой по волосам, нарушая его идеальную прическу. — Я не могу перестать думать об этом. А ты утром просто ушла, ничего не сказав. И подумал, что ты решила, что это ошибка.
— Нет. Никогда. Я просто не могла сказать прощай.
Он опустил глаза, как будто понял, что я имела в виду. Но потом снова посмотрел на меня.
— Мои бабушка и дедушка отдали мне свои кольца. Это наша семейная реликвия. Одно — со стороны матери, другое — со стороны отца. Они держали их здесь в коробке с ювелирными изделиями. Я должен был забрать их в один прекрасный день. Думаю, он настал.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я, смущаясь.
— Поехали. Давай выберемся отсюда. Мы можем взять машину и уехать отсюда. Потом мы все всем объясним, — сказал он отчаянно.
Мое сердце взлетало и падало вновь и вновь. Я понимала, что Бобби не отказался от нас, но также понимала, что его слова были отчаянием.
— Нас будут искать. У нас совсем нет денег.
— Ну и что? Лил, это тот самый день. Назад дороги не будет после того, как ты пройдешь по проходу.
Он вытащил кольцо из кармана. Окантовка из великолепной серебряной филиграни, бледно — абрикосовый круглый камень располагался в самом центре в окружении мелких бриллиантов.