Я колебалась, нервная энергия практически парализовала меня.
— Не стесняйся, Лил, — его голос звучал обольстительно из тени.
Я нервно прикусила губу изнутри, касаясь одной рукой своей груди, а другую спускала ниже до бедра.
— Ты когда — нибудь прикасалась к себе, думая обо мне?
Я кивнула.
— Покажи мне, как.
Я напряженно сглотнула и сжала свой сосок. Другой рукой я раскрыла свою горячую розовую плоть, предлагая Бобби посмотреть.
— Боже Лил, — простонал он.
Его голос был томным, именно таким, когда он был внутри меня. Посмотрев на него я увидела, что он ласкал себя. Его рука скользила вверх — вниз.
Осознание того, что он прикасался к себе, мотивировало меня. Зная, что он трогает себя, я стала меньше стесняться. Никто не заставит так чувствовать себя, только Бобби. Я закрыла глаза и начала ласкать себя, мои пальцы были мокрыми от возбуждения.
Я стонала, произнося имя Бобби, даже когда прикасалась к себе. Я была близка к кульминации, но не хотела этого без него. Открыв глаза, я сказала.
— Пожалуйста, вернись ко мне. Ты нужен мне.
Бобби сделал шаг вперед, и лунный свет озарил его. Увидев возбужденную плоть в его руках, я была так возбуждена, что ждала встречи с ней.
— Но сначала я хочу попробовать тебя, — прохрипел он.
Бобби упал на колени, используя свой рот, он начал дразнить меня в самых чувственных местах. Его язык скользнул в меня, и я была почти на грани. Одной рукой продолжала ласкать грудь, а другой держала его за волосы. Мои глаза закатились, и я почти зарычала от испытываемого удовольствия.
— Трахни меня, Бобби, — слова стали шоком для меня. Я никогда не выражалась. Но с Бобби здесь и сейчас была другая Лилли. Я была дерзкой девчонкой, которая ласкала себя и наблюдала, как его рука скользила по его эрекции, вверх — вниз.
На мгновение я задалась вопросом, что, если я не смогу остановиться. Что если сейчас меня просто выключили. Но тут Бобби встал, подхватил меня под колени и подвинул к себе.
— Скажи это снова, — скомандовал он сквозь зубы.
— Трахни меня, — хныкала я.
Бобби толкнул бедра вперед, и его эрекция резко скользнула в меня, заполняя. Но, даже несмотря на то, что была готова, я взвыла от наслаждения.
Он вышел и затем снова резко вошел в меня. На этот раз мы не сдерживались. Я не заглушала свои стоны и его имя у меня в груди. На этот раз я свободно выкрикивала его, когда он был внутри.
— Боже, ты всегда так плотно меня обхватываешь, — поморщился он.
Я схватила Бобби притянув ближе к себе, заставляя его проникать глубже. Каждый мускул моего тела жаждал разрядки, хотел расслабиться. Напряжение внутри меня вырывалось, что можно было сравнить разве что с приливной волной.
Бобби вскрикнул, прижимая меня к себе и изливаясь внутри меня.
Мы обняли друг друга, тяжело дыша.
— Озеро и сон? — спросил Бобби, поднимая руку.
— Озеро и сон, — улыбнулась я, хлопнув его по ладони. Он сцепил наши пальцы и потянул на ноги.
Так мы и уснул, на старом диване, переплетаясь друг с другом. Цепляясь за нашу последнюю совместную ночь вместе, в доме у озера, так же, как и семь лет назад.
Семь лет назад.
Как только Джулия закрыла дверь, мы посмотрели с Бобби друг на друга. О чем мы только думали. Ее реакция обрушилась на нас. Трезвый взгляд погрузил нас в реальность мира. Она не ругалась, не кричала, не начала с нами разговаривать. Ее равнодушный голос показал нам нашу неизбежность. Джулия словно увидела, как играют два маленьких ребенка, а это было именно так. Она словно высосала жизнь из наших планов.
Сейчас, пытаясь объяснить свои планы на будущее, я понимала, как глупо все это звучало. На чердаке, в одиночестве, пока все спали, это имело смысл. Я и Бобби имели смысл. Но здесь, при свете дня, когда вокруг нас был весь мир, это была словно детская игра.
— Я должна идти, — сказала извиняясь.
— Знаю, — ответил Бобби.
Посмотрев в зеркало, я ахнула. Мои губы были смазаны, прическа в беспорядке. Я опустилась на колени и начала судорожно искать в куче разбросанной косметики, то, что мне нужно. Бобби молча наблюдал за тем, как я стирала следы его поцелуев с лица.
— Она расскажет? — спросил он.
— Нет. Ты же слышал ее?
— Да.
— Она ничего никому не расскажет, хорошо? Она моя сестра. И она на моей стороне.
Он пробормотал что — то невнятное, затем провел руками по волосам.
— Что мы сделали? — спросил он.
— Бобби, я не могу сейчас об этом разговаривать.
В ту же секунду я заметила, насколько фригидной я стала. Мне нужно было собраться, чтобы пройти через то, что я собиралась сделать. Встав на ноги, между ног все еще было влажно, как за несколько минут до того, как Бобби вошел в меня.