Успешно закончились операции, проведенные партизанами в лесничестве, на охраняемом войсками мосту через реку Камчия и в окрестных селах…
Не один раз дед Халит встречал партизан и снабжал их мукою. Его водяная мельница в местности Кеклика долгое время была надежной партизанской базой. Однажды, когда там находилась группа партизан во главе с Семето, к мельнице подъехал пожилой крестьянин из провадийских сел. Прятаться было поздно, пытаться ввести в заблуждение — безнадежно. Крестьянин все видел и все понял.
— Присядь на минуту, — обратился к нему Семето. — Выдашь нас или нет?
Крестьянин вынул табакерку, свернул самокрутку, но не произнес ни слова в ответ.
— Как человека тебя спрашиваю, — не унимался Семето.
— Вот и я тебе отвечу как человеку… Во времена турецкого рабства объявился у нас в селе один храбрый болгарский гайдук, ранен он был. Не оставили его люди в беде, укрыли надежно, поили-кормили и от ран лечили. От человека к человеку дошла новость и до местного богатея. Выдал он его турецким стражникам, и те схватили и повесили гайдука. Но пришли русские и прогнали турок. Повесили тогда болгары того богатея, а гайдуку соорудили памятник. И сейчас он стоит посреди села, а где могила предателя, никто и не помнит… Скоро снова русские придут… Понял ты, к чему я это тебе рассказал?
— Все понял… Так что ступай себе с богом, добрый человек, — ответил Семето…
Занимаемый отрядом «Народный кулак» район вполне устраивал партизан, но, несмотря на это, помыслы всех были устремлены на восток.
Когда отряд уже был вытеснен в западные районы, партизанам удалось связаться с ятаками из сел Пештерско и Рыжица и получить от них немного одежды и продовольствия. Большая часть партизанского имущества была оставлена еще в первом бою у села Дюлино. Проблему одежды, которая стояла очень остро, помог частично решить бай Христаки, который привез на телеге кое-какие вещи прямо в горы. Тогда же удалось отправить на лечение в село Рыжица Сийку Трифонову — Ирину, а позднее и Кину Йорданову, которую сопровождал Йордан Петков. Заботу о них взяли на себя ятаки Атанас Янев — Авджия (в его доме был устроен тайник) и Иван Киряков. Однажды в горах произошла случайная встреча с Авджией…
12 июня 1944 года, после успешно проведенной операции в лесничестве, в результате которой в руки партизан попало много резиновой обуви, одежды и триста тысяч левов, отряд разбил лагерь неподалеку от села Мрежичко. Поздно ночью часовой услышал странные звуки — неподалеку кто-то стучал палкой по стволам деревьев. Обеспокоенный Минко обо всем доложил командиру и комиссару. Долго вслушивались они втроем в необычные звуки, пытаясь понять, что же происходит там, на противоположной стороне оврага, и наконец решили, что какие-то люди специально разыскивают отряд.
— Эй, кто там? — громко спросил комиссар.
— Учителя Ивана ищем, — последовал ответ.
Позвали Ивана Демерджиева, который владел турецким языком. Из разговора с Емином Юсуфовым и Мехмедом Юсуфовым — а именно они были нежданными ночными гостями — выяснилось, что в село, откуда они пришли, прибыли войска и отряды жандармов. Власти намеревались тщательно прочесать район, в котором, по их данным, находился отряд. Для этой цели было мобилизовано несколько сотен крестьян из равнинных сел. Двое отважных ятаков, не зная точного месторасположения отряда, отправились на поиски, чтобы предупредить партизан о нависшей над ними опасности. На созванном совещании штаба было решено пока оставаться в прежнем районе, так как он весьма удобен для обороны и скрытного маневра…