— Разрядился наверное. Не знаю, он в сумочке. Я ее еще не открывала.
— За тебя беспокоятся, Злата. Ты так и не скинула Алине вчера фотографии?
Так вот зачем он пришел! Убедится, что я не сделала то, о чем так распиналась.
— Переживаешь, что я все же открою глаза Алине на тебя, Рома?
— Мне все равно. Да Алина не такая и дура, она и так догадывается. Просто не было прямых доказательств. Сейчас есть. И я буду благодарен если ты мне облегчишь этим жизнь. Давно пора.
— Ты о чем?
Я не понимала его. Вчера готов был стереть меня в порошок, а сейчас заявляет, что будет только рад, если я все расскажу Алине.
— О том, Злата. Я собираюсь разводиться с Алиной, — огорошил меня своим решением. Это правда?
— Но почему? У вас семья. Настоящая и…
— У нас давно все не по-настоящему. Жаль, что ты была настолько слепа.
— Она не переживет разрыва, Роман. Не делай этого! Пожалуйста!
Я слишком сильно знаю свою сестру. Она до безумия его любит и, если он ее бросит, просто не переживет. Она не вынесет такого удара!
— Не проси, Злата. Я принял уже решение. Я не хочу жить с женщиной, которую не люблю и уже давно не хочу. Находиться рядом, а желать другую. Это слишком. Я уже устал бороться с этим одержимым чувством. К тебе, — признается Роман, а меня моментально холодом пробирает.
Нет! Нет! Нет! Я не причина! Я не хочу ею быть! Нет! Пусть другая, та же Ира, но не я. Алина никогда не простит! Она возненавидит меня всей душой!
— Рома, не надо. Это неправильно. Я не хочу, я не могу! Пожалуйста, не делай этого! Ром, пожалуйста!
— Поздно. Вчера ты узнала правду, Злата. Я уже год с ума схожу от невозможности к тебе прикоснуться. Мне надоело бороться с собой. Надоело изображать ненависть, когда внутри настоящий ураган. Когда я просто с ума схожу, как хочу тебя. Всю, Злата. Прости, что влюбился, — Рома пытается взять меня за руку, но я не позволяю. Отхожу на значительное расстояние, пока почти не оказываюсь у раскрытого окна. Делаю вдох и выдох. Вдох — выдох.
Он хочет меня и не отступится. Все же ночью я не зря рассматривала идею побега. Но как? Как мне все это провернуть? Где взять деньги на обратный рейс? Данка с Таней вряд ли одолжат!
— Злата, — касается горячими пальцами моей кожи, когда подходит ближе.
— Не надо, Ром. Он тяжело вздыхает, но пальцы все также продолжают касаться плеча. Я хотела завтракать? Да? Та у меня резко пропал аппетит! Ничего не хочу! Провалится сквозь землю! Да, вот это пожалуй!
— Неужели я тебе совсем не нравлюсь, Злата? Скажи мне. Что с моим фейсом не так?
Господи! Ну прекрати спрашивать меня! Рома! С тобой все так. Многие женщины мечтают оказаться с тобой в одной постели. Та почему женщины? Молодые девушки, взять например Дану. Но я — нет. Не могу себя заставить полюбить! И что ты с этим будешь делать?
Конечно, этого я не произнесла вслух!
— С тобой все так. Это я не такая. Я тебе не подхожу. У нас колоссальная разница в возрасте и я не люблю секс! — ответила, но не развернулась к нему лицом. Боюсь, смертельно боюсь, что снова позволит себе.
Все. Выдала! Злата, ты просто непроходимая идиотка!
— Как ты можешь не любить то, чем ещё никогда не занималась, Злата?
Конечно, вполне предсказуемый вопрос!
— В сексе нет ничего предосудительного. Секс — это та же самая любовь, только с помощью тел. Ты очень сексуальная девочка, Злата. И я почему-то уверен, что окажешься очень страстной в постели, — горячий шепот на ушко, лёгкие прикосновения пальцами…
— Я не трону тебя, пока сама не скажешь, что хочешь этого, Злата. Будь уверена, — говорит, а я все так же продолжаю стоять и пялится в окно. На море, на песок, на людей, которые отдыхают, но даже так, я не могу полностью абстрагироваться. Не могу забыть о присутствии Ромы. Господи! Ну сколько он будет издеваться надо мной? Почему не уйдет? Почему испытывает меня? Чего ожидает? Чего? — задаю кучу вопросов себе, а не ему. Отходит от меня, понимаю, как в спину больше не ударяет жар его тела.
— Позавтракай, заряди телефон и обязательно позвони Алине.
Снова отдает приказ, а затем выходит из моего номера, громко захлопнув за собой дверь.
РОМАН
— Рома, ты не знаешь, что со Златой? Я не могу ей дозвониться. Телефон не отвечает. Где она, что с ней? Я места не нахожу. Господи, а если что-то плохое с ней сделали.
Да, Алина. Сделали. В том числе и я. Но моя крикливая жёнушка продолжает изображать из себя обеспокоенную старшую сестру и дальше.
— Рома, ты должен ее найти. Вот пойти к ней и сказать, что так не делается. Я тут все пальцы себе не передумала, пока нервничала. Набираю номер — тишина. Я…
— Алин, угомонись. Я уверен, что с ней все в полном порядке. Да сейчас всего девять часов утра. Она вчера была в клубе и…
— В клубе? Сама или с девочками? Рядом с ней был парень? Ты не видел? Ром, скажи правду. Я умоляю тебя. Златка ещё ребенок. Ей такие свидания пока не нужны.
— Злате двадцать два и она уже давно не ребенок. Пора тебе с этим смириться. Твоя сестра красивая девушка. И конечно возле нее были мужчины. Алина, очнись наконец-то.
— Ром, я все понимаю, но не могу смириться. Ой, Коленька зовёт. Хочешь поболтать с сыном?
— Хочу, дай ему трубку, — что-то шумит, пока мой мальчик подходит к телефону.
— Включи видео, — прошу жену и она нажимает на нужную функцию, потому что спустя минуту я вижу довольную мордашку своего сыночка.
— Папа, привет.
— Привет, мой хороший. Как ты там? Слушаешься маму? — спрашиваю и рассматриваю сына через экран. Судя по всему они вчера отдыхали на пляже, и он немного обгорел. Снова Алина не досмотрела.
— Все хорошо. Мама у нас самая лучшая. Правда ей бывает плохо. Вот вчера на пляже тоже.
— Что с тобой? — уже адресую вопрос жене. Не хватало ещё, чтобы она серьезно заболела. Я тут вообще-то разводится собрался!
— Все в порядке. Просто перегрелась на солнце.
— И сына нашего тоже перегрела. Алина, столько раз тебя просил — следи. Не справляешься сама — возьми няню. Я разве тебя ограничиваю в чем-то? Действительно, в последнее время я даю ей на вас, что хочет. Может таким образом пытаюсь загладить вину за то, что в мыслях уже не раз трахнул Злату. Не знаю. Но явно что-то не так. И за это я расплачиваюсь.
— У нас есть няня. Ты разве забыл?
— Помню. Ладно, Коленька, будь послушным. Мне уже пора, — даю напутствие сыну и даже не попрощавшись с Алиной отрубаю связь.
Злата. Да, надо пойти к ней и сказать, что Алина переживает. Но прежде заказать завтрак. Злата сама этого не сделает. До звонка Алины я уже успел принять душ и переодеться. Скоро ехать на встречу с греками. Стоп. А ведь ее можно перенести. Давид вчера как раз об этом и просил. Но позже займусь этим вопросом. Главное, чтобы моя девочка не была голодной.
Заказываю в номер завтрак — сырные тосты, овощной салат и ананасовый сок. Через пол часа приносят завтрак, я расплачиваюсь и направляюсь к Злате.
Злата встречает меня замотанная, как греческая богиня в простынь. И все время моего нахождения в номере смущается, постоянного одерживает простынь. А я хочу ее стянуть с нее и рассмотреть то, что так упорно пытается скрыть.
Признаюсь, что собираюсь развестись, и конечно же из-за нее.
Злату эта новость шокирует. Я не удивлен ни капельки. Я ожидал именно такой реакции на свое признание.