"Привет, Дав. Как ты?" — отправляю своему другу. Он в сети. Но сообщение ещё не прочитал.
Проходит минут десять, как он отвечает.
"Все за*бись! А у вас как? Ты уже ее трахнул?"
"Ты почему все Ире рассказал?" — игнорирую вопрос Давида и задаю свой. Ира тогда испортила мне все настроение, и хорошо, что я смог взять себя в руки. Иначе бы выместил всю злость на Злате.
"Это тайна?" — он совершенно не чувствовал своей вины.
"Нет. И это не тайна! — злюсь, и просто скидываю фото Алины Давиду. Пусть страдает! Или действует! Одно из двух!
Файл отправлен, Давид молчит. Минута, две, пять, шесть. Сообщение я отправил в 17:20. А ответил он в 17:27.
"Какого, Ром? Ну какого ты это делаешь? Она тебе присылает, не мне. Тебя хочет! "
"Так переубеди ее! Чтобы не хотела! Ты же можешь!"
"Иди на х*р!"
"Сам иди".
На этом наше общение заканчивается. Я ставлю телефон на беззвучный режим, кладу на тумбу, обнимаю Златку во сне, прижимаю к своей груди. Она не отталкивает… А я кайфую от того, что она рядом, просто спит, просто дышит.
Через несколько часов мы поедем в ресторан, а когда вернёмся обратно я сделаю все, чтобы ей ее первый раз запомнился надолго.
32
ЗЛАТА
— Как тебе здесь? Скажи офигенно? — интересуется Рома, когда разливает в наши бокалы красное вино. Да, ресторан на пять с плюсом. Отличный интерьер, не слишком многолюдно, живая музыка, и кухня на любой вкус.
Я до последнего не хотела ехать сюда. Не люблю весь этот пафос, просто не перевариваю. Да, ну есть у тебя деньги, но разве надо вот так вот их тратить? На ужин? А цены тут в меню просто космические, все в евро.
На мне платье в несколько тысяч евро, айфон последней модели в сумочке. Реально ощущение, что я содержанка богатого любовника. Хотя, оно так и есть по сути. Рома женат, а я… Непутёвая, неправильная бессовестная младшая сестра, которая подпустила мужа сестры к себе слишком близко. На столько, что отпускать обратно просто не хочется. Потому что влюбилась. Потому что, как не пыталась сопротивляться, он смог подобраться к моей душе, сердцу и телу. Особенно телу!
От той ласки, которую Рома сегодня днём мне дарил, сильнее свожу ноги. Слишком остро воспринимаю все. Даже сейчас, когда он так хрипло шепчет мне на ушко:
— Тебе надо расслабиться, Злата. Намного отпустить себя. Не напиваться, просто немного выпить, хотя бы пригубить.
Рома прижимает меня за талию к себе, а потом его ладонь ложиться на коленку, сдавливает ее пальцами.
— Ты слишком напряжена, Злата. Ты очень красивая. На тебе офигенное платье. Лови кайф, девочка!
Да, он прав.
На мне чёрное платье на брительках, которое я надела без лифчика. И конечно, он хорошо это понимает.
Но в этот раз ткань ничего не просвечивает, она далеко не из дешёвых. А на ногах черные, лаковые лодочки на шпильке. Ноги просто гудят, но я не хочу показывать, как мне в них неудобно.
Вечер ведь только начинается.
Я принимаю бокал из его рук.
— Правильно, Злата, — звон его бокала о мой и потом Рома делает несколько глотков, я следом. Вино сладкое, слишком сладкое для меня.
— Скоро принесут наш заказ, Злата. Как же мне хорошо с тобой, малышка, — целует меня за ушком, задевает мочку, облизывает ее языком. Горячий, хриплый шепот и я теряюсь в действительности от его признаний. Тело моментально обдает жаром. Он действует на меня, как триста тонн тортилла. Ещё несколько таких вот интимных нашептываний и я взорвусь.
— Хочу тебя, Злата. Хочу сильно. Любить тебя. Трахать. Снова любить.
— Ром… — хочу сказать, но его пальцы уже пробираются полностью под платье. Я задыхаюсь.
Мы навиду у всех. Да, мы на открытой террасе, но…
Я хотела бы оказаться внизу. Где море, где темно, где нас никто не увидит. Я ещё не готова вот к таким играм. Для меня это слишком.
— Я понял, Злата, — шепчет на ушко и все исчезает. Он больше не трогает меня, даже немного отстраняется. Он злится? Думал, что я разрешу? Но…
— Идём танцевать? — неожиданно протягивает мне раскрытую ладонь и приглашает на медленный танец. Играет красивая греческая песня. Кроме нас не танцует никто. Мне неудобно, стыдно. Я не привыкла быть в центре внимания, не так. На нас смотрят люди, сидящие ща столиком. Пары, которые наверное хотели бы тоже, но не решаются. Все внимание устремлено на нас!
— Хватит, Златка. Чувствуй ритм и меня. Мы ничем плохим не занимаемся — просто танцуем. Но ты напряжена так, будто я тебя уже девственности лишаю, — произносит с улыбкой, а мне не до смеха. Потому что Рома сильно вдавливает меня в себя. Так что я чувствую его. Полностью. Понимаю, что он сейчас в брюках, а что будет когда… Нет, не надо думать.
— Или ты прекратишь думать и брать в голову всякую херню… Или я…
Нет, он больше ничего не говорит. Действует. Зарывается в мои волосы рукой и целует. Целует так сладко, глубоко, что я забываю обо всем. Особенно, когда он прямо в губы шепчет снова:
— Хочу тебя. Сильно и дико хочу, Злата. Хочу целовать и лизать тебя. Там, где сладко. Ты же понимаешь о чем я?
— Ром, прекрати, я… — пытаюсь его остановить, но он снова накрывает мои губы своими, проталкивает язык и целует, целует, целует.
ЗЛАТА
— Мы сделали это. Станцевали. Ты умница. Поборола свой страх.
— Ты мне помог и твои поцелуи, — признаюсь честно, когда мы уже возвращаемся за столик. Официант наконец-то принес наш заказ, но есть мне что-то не хочется.
— Ром, я не хочу есть.
— О, начинается. Ты конечно красивая, Златка, но если наберёшь несколько килограммов будет ещё лучше. Сколько ты весишь?
— Ром, мало.
— И я о том же. Давай, я не заставляю тебя съесть все, но хотя бы несколько кусочков медальонов точно не окажутся лишними. Мясо — сила, а они тебе скоро очень сильно понадобятся, — неоднозначно намекает Рома, и нанизывает кусочек на вилку. Он собирается меня кормить? Вообще я не люблю мясо, а это… Такое аппетитное, что слюнки текут.
— Нежное, сочное, а соус, как растекается, Злата. Ммм. Томатно — Ягодном соусе… Объедение просто. Прямо, как ты, Златка.
Нет, ну это невозможно! То, что он говорит, и как говорит, это…
— Ну же, открой ротик, — ч послушно открываю и он проворно погружает мне в рот кусочек мяса.
Нет, ну это невозможно! То, что он говорит, и как говорит, это…
— Ещё, Злата, салат. Мелидзаносалата, — смесь из запеченых баклажанов, растительного масла, специй, лимона и душистого чеснока. Очень популярное блюдо в Греции. Ты обязательно должна его попробовать.
— В меня столько не влезет! Ром, хватит!
— Ещё два кусочка и хватит. Надо было стоять над твоей головой в детстве твоим родителям, чтобы заставляли тебя кушать. Теперь сама, — отдает мне вилку.
— Я тоже проголодался, Злата, — сообщает и тянется к салату.
Надо было стоять над моей головой! Да он ничего не знает о моем детстве! Ничего!
Настроение после его слов мгновенно улетучилось! Хотелось уйти! Вот просто развернуться и уйти!
Но Рома по-любому пойдет за мной, я это знала. Поэтому ждала, пока он поужинает, я послушно доела третий кусок медальона и поднялась из-за стола.
— Мне надо в уборную Рома, — говорю ему, а сама уже на самом деле думаю о том, что хочу сбежать.