— Как ты сюда его притащил?
— Вырубил и сделал вид, что май френд выпить э бит… много. Это моя комната!
Я без слов подошёл к окну, открыл его. До частокола далеко. Но можно попробовать перекинуть тело, а дальше оттащить в амбар. Мне нужны ресурсы и не нужны враги.
Чернявый замычал что-то, раскачиваясь, и получил удар в живот от Дигриаза.
— Пусть повисит до ночи. А там избавимся от него, — сказал я. — Спасибо, Билли, ещё раз.
— Окей! — осклабился американец. Я ещё раз посмотрел на неудавшегося заговорщика и открыл дверь. Шагнул наружу.
У перил балкона, с которого открывался вид на обеденный зал «Логова», стояла обворожительная брюнетка с коротким каре. Она прижималась спиной к ограждению, облокотившись на перила, отчего её грудь, затянутая в кожаный корсет, казалась ещё выше. Тонкая талия и длинные ноги в обтягивающих штанах. Жгучие, почти чёрные глаза, ярко подведённые и выразительные, смотрели с хитринкой и насмешкой.
— Господин Зодчий собственной персоной, — очень бархатным голосом проговорила незнакомка. Я затворил за собой дверь, хотя был уверен, что висящий на балке пленник от взгляда красотки не укрылся. И та никак не это зрелище не отреагировала. — Я всё ждала, когда же столь видный муж посетит моё скромное заведение. Обычно ко мне приходят сразу. А вы где-то пропадали целые сутки. Неужели в наших краях появилось что-то более привлекательное, чем моё «Логово Друга»?
— Сомневаюсь, что это возможно, госпожа…?
— Паулина, господин Зодчий. Зовите меня просто Паулина. Я хозяйка этого прекрасного места. Очень хотела с вами познакомиться. Очень.
В голосе было обещание. Яркая женщина, ничего не скажешь.
— Прекрасная Паулина, позвольте представиться…
— Михаил Иванович Баженов. Гордость Императорской Академии Зодчих. Талантливый выходец из простого народа. О вас должны делать сюжеты, господин Зодчий, дабы дарить надежду обывателям. История возвышения! Из грязи в князи.
— Я ещё не князь. Пока ещё. Пока просто личное дворянство, госпожа, — улыбнулся я.
— Надеюсь, ничто не остановит вас от больших достижений, — она демонстративно посмотрела на дверь, за которой болтался чернявый. — Как вам первое впечатление от наших краёв?
— Сейчас стало значительно приятнее.
Она поправила волосы, загадочно улыбаясь. Цену себе знает.
— Я хотела бы с вами поговорить, господин Зодчий. Не здесь, конечно же. Как у вас со временем?
Я посмотрел на часы. Со временем у меня туго. Сейчас как раз должен заявиться Вепрь из вольной охотничьей братии. Мои планы опираются на его ватагу, если она адекватная, а не шайка отморозков.
— Буду с нетерпением ждать нашей встречи, прекрасная Паулина. Но сейчас, увы, вынужден вас оставить. Признаюсь, с прискорбием и надеждой на новую встречу.
Хозяйка трактира дёрнула бровью в недоумении. Явно не привыкла, чтобы ей отказывали. Ничего, иногда полезно услышать нет.
— Очень жаль это слышать, — растерянно проговорила она. — Нам ведь есть о чём пообщаться, Михаил Иванович. Я ведь ждала вас.
— Можно, просто Миша? — поморщился я. — Я не настолько стар. И да, нам, несомненно, есть о чём поговорить.
Мой взгляд коснулся ярко сверкающих потолочных светильников.
— Вы про эту невинную шалость? — сразу поняла намёк Паулина. — Слабая женщина когда-то попросила сильного мужчину о небольшом одолжении. Сильный мужчина помог. Надеюсь, другой сильный мужчина не отберёт у меня и моих девочек свет? Ведь иногда он так ослепляет, что висящие вверх ногами люди становятся совсем незаметными.
Дверь за моей спиной отворилась, и на пороге появился Дигриаз.
— Оу, прити бэйб! — выдохнул он и торопливо закрыл собой проём. Паулина на американца даже не посмотрела.
— Сильный мужчина подумает об этом, — улыбнулся я красотке. — Сильный мужчина любит умных женщин.
— А умные женщины ценят понимание, — она изящно подалась вперёд, оказавшись почти вплотную ко мне и обдав запахом духов. Коснулась моей руки, а затем торопливо упорхнула прочь.
Билли стоял молча и старался даже не дышать, но через несколько секунд выдавил:
— Она прекрасна, ю ноу?
Я не ответил. Мне нужно было спешить. Сначала встреча с Вольным, а потом… Потом мне нужно будет непременно что-то придумать с засадной бандой Фурсовых. Вот какие здесь, оказываются, порядки. Не будет красивого схождения и благородного поединка. Только грязь, боль и семеро на одного.
Ну, тем хуже для них.