— Простите, господин Зодчий. Я… Я упустил момент, когда эта мысль возникла в его голове.
— Мне стоит ждать подобного от других ваших людей?
— Ни в коем случае. Инок… Он всегда был немного бунтарь, но чтобы начать действовать… Эх, дурак…
— О мёртвых либо хорошо, либо никак, — прокомментировал я и тут же услышал зов Изнанки. Слабенький, будто первые признаки надвигающейся болезни. Озноб да вялость сознания. Если бы не выкрутил чувствительность на максимум, то и не заметил бы.
— Клянусь, ваше благородие, это его инициатива. Мы же уже всё порешали на совете, все поддержали ваше предложение, а он…
— Тс-с-с! — прижал я палец к своим губам, определяя источник скверны. Затем подошёл к разбитому окну. Судя по выбитой раме, через него влетело (или вылетело) что-то очень большое. Я приглушил ощущения, чтобы картинка перед глазами перестала плыть от Изнанки. Затем перегнулся через подоконник. Да, здесь.
У самой стенки снаружи было привалено несколько камней, я выпрыгнул из окна и осторожно вытащил их ямы, и когда убрал последний — под ним блеснул манок. Серебряная сфера с запечатанной в ней магией призыва. Я осторожно поднял его, показал Вепрю.
— Вот ваша загадка, господин охотник.
Тот с отсутствующим видом повернулся.
— Что это?
— То, что приманивало сюда тварей Изнанки.
— Вот это? Но как⁈
— С этим мне предстоит разобраться.
Я дошёл до плотинки, сел рядом с ней и опустил левую руку в холодную воду, а затем при помощи аспекта изолировал сигнал сферы. Такой манок мне пригодится, но на своей земле я монстров видеть не хочу. Пусть пока отключённой побудет. Закончив с чарами, я вернулся к потерянному Вепрю, который всё ещё смотрел на труп Инока.
— Жаль, что вам пришлось это сделать, — сказал я ему. — Но я ценю такой шаг.
Командир Охотников кивнул, потом покосился на манок.
— Это означает, что сюда его подбросили, верно, господин Зодчий. Если оставить в стороне сам факт существования подобного артефакта.
— Да. И я собираюсь узнать кто.
— Это невероятно, господин Зодчий. Невероятно. Кто-то сумел приручить скверну? Научился ею управлять? Разве это вообще возможно?
— Вы ведь слышали о Призывателях…
— Да, но они должны присутствовать для такого лично. А здесь я никого не наблюдаю. Только эту сферу.
С дороги загудел клаксон, и Вепрь встрепенулся и двинулся к выходу из лесопилки.
— Всё, приехали. Господина витязя тоже к монахиням везём, или к гарнизонному биоманту?
— Что за монахини?
— У них тут подворье под Комаровкой. Небольшое совсем. Из монастыря святой Варвары. Живут вчетвером, и у них две очень сильные биомантки. Дадут фору томашовскому целителю, уж простите, господин Зодчий.
— Едем.
Мне бы ещё и в Комаровку заскочить, раз сегодня день путешествий. Познакомиться с людьми, так сказать. Ну и понять, что за подворье на моих землях расположилось, мне тоже не помешает. Это, конечно, не лесопилка, и ничего материального с монастырского поселения я не получу, однако большой успех заиметь сильных биомантов на своих территориях. И многие монастыри добровольно организовывали небольшие хозяйства вдоль границы с Изнанкой, чтобы обеспечить дикие места целителями. Законы Российской Империи давали им очень много свобод и правильно делали. Потому что биомантия, на мой взгляд, одна из самых тяжёлых школ магии. Если аспекты зависят от способности владеть собой, так или иначе, а прочие учения требовали концентрации и знаний (кроме природного таланта), то биомантии нужна была вера. Непоколебимая вера. А также именно это направление требовало от своих последователей множества лишений, от обетов до ограничений в еде. Немудрено, что большинство биомантов уходило в религию, развивая свой дар. Гораздо удивительнее было встретить представителя этой школы в рядах охотников. Как его там? Али, вроде бы?
— Я что хотел сказать, ваше благородие, — проговорил Вепрь, когда мы двинулись к остальным. — Нашли интересную вещицу мы на монстре. Вам бы посмотреть.
— Артефакт?
— Ну, вещица совершенно точно непростая. У меня есть оценщик, но мы с парнями поговорили и… Решили вам отдать.
— С чего такая щедрость?
— Мы не дураки, господин Зодчий, и прекрасно понимаем, что если бы не вы, то эта тварь бы прикончила не только Вжика.
— Если бы не я, то вы бы сюда и не пошли, — резонно заметил я.