Высокая тварь выросла среди надгробий, дёргано оглядываясь. Я жестом приказал спутнику ждать, а сам скользнул вперёд, изучая противника. Кто-то из польских священнослужителей, явно. Скверна напитала худое тело и вытянула до роста в три метра. Иссохшую голову покрывала обвязанная цепями митра. Не удивительно, Изнанка забирала сначала разум, и только потом пожирала тела.
Скрюченные пальцы церковника превратились в острые когти, постукивающие друг о друга при ходьбе. Челюсть выдавалась чуть вперёд и ходила из стороны в сторону.
Неприятная личность. И она, совершенно точно, бродила вокруг склепа, принюхиваясь и пытаясь подцепить запертую дверь когтями. Что ж…
Я встал и просто зашагал к ограде. Легко перепрыгнул её и свистнул. Голова мутанта дёрнулась, повернулась ко мне. Челюсть зашевелилась ещё быстрее, и тут я швырнул в морду церковнику камень, разогнанный аспектом земли, а потом ринулся наутёк.
От удара неказистого снаряда тварь просипела что-то, а затем с диким воплем помчалась за мной. И фигуру монстра размыло от скорости, с которой тот передвигался. Я же зачерпнул максимум из аспекта воздуха, не позволяя себя нагнать и почти сразу оставив сопровождающего меня охотника далеко позади. Двигался я на юг, позволяя ребятам добраться до склепа и вытащить засевших там сталкеров. Ну и заодно пытался понять особенность преследующего меня церковника. Пока видна была только лютая скорость, потому что он вообще не отставал.
Впереди показались побитые временем разрушенные дома, и я устремился к каменным руинам. С моей комплекцией среди них будет легче прятаться, а преследователя они хорошо замедлят.
Я был прав. Церковник с грохотом разнёс первый дом, сквозь который я просто пролетел, впрыгнув в окно, перекувырнувшись и выскочив из выбитой двери наружу. В облаке пыли изменённый священнослужитель завыл оглядываясь. Я же втянул в себя всё доступное аспекту земли и, выжимая силы воздуха до последнего, бегом обошёл монстра со спины. Ноги легко коснулись стены соседнего дома, и я быстро взобрался по ней на покосившуюся крышу, оттолкнулся от неё и взмыл в воздух, занося над головой меч. Вся мощь земли была в моём ударе.
За миг до смерти изменённый священнослужитель резко повернул голову ко мне и даже успел открыть уродливую пасть, когда сталь обрушилась на тиару, рассекая шапку, цепи и череп монстра. Мутант пошатнулся, а затем грохнулся в руины.
Вдалеке неприятно завыло, сначала с одной стороны, потом с другой. Ну да, тревогу мы здесь подняли знатную. Я остановился у тела священника, торопливо сканируя его на предмет кристаллов. Потоки энергии чуть завихрились у левой руки, в районе кисти. Я отсёк её мечом, убедился, что драгоценность в отсечённой длани, и поспешил на восток. К границе.
Сражаться со всеми монстрами Изнанки в мои планы не входило. Массой задавят.
Мне удалось оторваться от преследования, и когда я вышел к знакомому дереву, по-прежнему держа отсечённую руку монстра, там уже сидел мой спутник, оставленный у кладбища.
— Разумно, — сказал ему я. — Надеялся, что ты всё поймёшь.
— Вас хрен догонишь, ваше благородие, — сипло проговорил тот. А затем демонстративно глядя на мой трофей.
— Вы его приговорили? — не сдержал он удивления.
— Повезло.
— Регулярное везение называется мастерством, — с уважением произнёс охотник.
И тут на той стороне Изнанки появились фигуры наших товарищей. Первым шагал могучий боец, неся на плече крупное тело. Потом охотник-неофит, тоже со спасённым на закорках, а последней тяжело двигалась Тень. Я зашагал навстречу к девушке, но остановился, обжёгшись о её взгляд. Ну, раз сама, то сама. Так что просто шутливо помахал вольной отсечённой рукой монстра, отчего когти весело застучали друг о друга.
— Тяжёлый, — подытожил закованный в пластикор гигант, бросив тело Мстислава на землю. Сталкер подёргивался, глаза Глебова закатились. Всё, Скверна добралась. Подростки, которых притащили остальные — тоже выглядели не очень. Тот, которого сбросила на землю уставшая Тень, щерился и скрючивал пальцы, иногда дёргая ногой так, что в любой миг можно было услышать хруст вышедшего сустава. А у второго уже росли звериные клыки, и паренёк беспокойно мычал.
— Этот обречён, — сказал я, глядя на последнего. — Сколько они там пробыли?
— Больше положенного, — проговорил пластикоровый.
— Ничего он не обречён, Зодчий! Его надо в церковь. Сразу в церковь! — выдавила из себя запыхавшаяся Тень. — Сразу! Отец Игнатий творит чудеса. Слепой, чего расселся? Помоги мне!