— Моё предложение такое. Ты сейчас заново всё оцениваешь и оцениваешь честно. После чего прощаешься с госпожой Князевой и сообщаешь ей, что больше сюда не приедешь. Понял меня?
— Простите, ваше благородие, — проскулил он.
Я воткнул взгляд в крестьянина:
— С тобой, Игорь, я отдельно поговорю.
Тот часто-часто закивал. Заговорщики из детского сада.
— Отвратительная мелочность, просто отвратительная, — с презрением заявил я. — Надеюсь, моя позиция понятна?
Сильвестр Эрнестович покачал головой. Губы его тряслись от ужаса.
— Я проверю всё, что купила госпожа Князева, и если посчитаю, что цена завышена… То лично приеду за твоей шкурой! Ни одна твоя бумажка не поможет, понял, сертифицированный специалист по работе с артефактами⁈ После этого ты попрощаешься и уедешь навсегда. Но перед этим кое-что скажешь хозяйке, понял? Максимально авторитетно, потрясая своими бумажками.
Оценщик кивал, как китайский болванчик. И мои слова возымели действие. Сильвестр Эрнестович действительно был хорошим специалистом в отношении вещей. И всё-таки улавливал Эхо. Может, ещё не понимал как, и очень приблизительно ориентировался в нём, но среди отобранных им вещей барахла не нашлось, а среди барахла не нашлось ничего ценного. Значит, воплощать угрозы в жизнь не придётся. Толстяк всё понял сразу. Паулина отнеслась к моей проверке с недоумением, но приняла её с интересом. Сильвестр Эрнестович очень торопливо с ней попрощался, напоследок сообщив, что больше не приедет. И по нашей договорённости отрекомендовал меня как прекрасного специалиста в оценке.
Хозяйка трактира не сразу этому поверила, но позже, пока я уминал в её заведении жаркое в глиняном горшочке, пришла с четырьмя золотыми монетами. Выложила на стол передо мной и попросила оценить каждую. Ничего сложного. Одна из Изнанки, одна совершенно обычная, новенькая штамповка, одна коллекционная с хорошим ореолом истории, а ещё одна с магическим эффектом на хрономантию. Я даже время тянуть не стал, не отвлекаясь толком от вкусной трапезы, левой рукой расставил их по ценности и подмигнул, наслаждаясь изумлением красавицы.
— Мы сближаемся, Миша-мишенька-мишустик, — сказала она, собрав монеты. — Мы опасно сближаемся! Но я очень этому рада.
С Игорем я тоже разобрался. Крестьянин постоянно крутился неподалёку, умоляя меня не рассказывать о его махинациях товарищам-сталкерам. Клятвенно обещал служить мне верою и правдой, если я смолчу и готов был на всё.
Такое поведение оказалось весьма кстати. У меня же завтра будет место, где воровать нечего, да и незачем. Так у меня появился приёмщик мусора в трансмутаторе. Всего за рубль зарплаты в день. Игорь оказался чертовски рад такому повороту событий.
День можно было подытожить как весьма удачный. У меня появились деньги. У меня появились люди. У меня сильно поднялась репутация среди местных. А ещё нашёлся важный ингредиент для Фермы Кристаллов.
Ну и, кроме того, я знаю тайну порченого золота и его влияния на Изнанку. Короче, день реально плодотворный.
В хорошем настроении я двинулся в свой уголок в общей казарме, посмотрев на синий поток реогена, возводящий домик на краю обрыва. Завтра. Уже завтра буду спать в удобной кровати, в отдельном помещении, не слушая солдатский храп.
И это будет изумительно!
Глава 23
Встал я специально пораньше, чтобы поприсутствовать на тренировке моей будущей гвардии. Поле у дороги, отведённое для занятий, уже покрывалось Конструктом, а значит, моё всевидящее око не пропустило бы такое событие, но я не мог там не появиться.
Из пятерых человек, изъявивших желание, ранним утром на свежевыпавшую росу вышли только четверо. «Гренадер», Макар, юноша, чьего имени я не знал, и Нюра. Помощник кузнеца решил не тратить своё время, видимо. Ну и славно, что отсеялся на старте. Мне нужны мотивированные люди, чей настрой нельзя подорвать ранним подъёмом.
Вольные прислали своих инструкторов, и я с удивлением узнал в них Слепого и Тень. Когда я подходил, Слепой уже запустил рекрутов на бег по кругу и присоединился к ним сам.
— Доброе утро, господин Зодчий, — поприветствовала меня девушка, наблюдающая за соратником.
— Здравствуй, Надежда, — улыбнулся я Тени. Панама охотницы висела у неё на спине, держась завязкой за длинную шею. По-моему, суровая воительница даже причёску себе сделала сегодня. В лагере не засмеяли, надеюсь?
— Да… Привет, — смутилась она. — Папа сказал, что мы должны теперь тренировать селян. Что конкретно ты от них хочешь?