Колодец… Точно, надо добавить этот пункт в сегодняшний день. Поездка в Петербург оказалась настоящим отпуском от рутинных дел, но она совсем не означала, что проблемы Томашовки и её окрестностей будет решать кто-то ещё.
Нямко выскочило из-под крыльца, когда до дома осталось меньше десяти метров, и с грохотом подбежало ко мне. Запрыгало рядом. Я полез в карман и вытащил оттуда осколок гранита. Подобрал на набережной в Петербурге.
Ведро возопило:
— НЯМ! — и запихало дар в себя, а затем потянуло за штанину, за собой. Я подчинился. Нямко остановилось возле крыльца и брезгливо указало ручкой в траву возле фундамента:
— Ням… Ня-я-я-ям… — даже в интонации ведро будто тошнило.
Среди зелени угадывался оранжевый кристалл.
— Кажется, мне с тобой очень сильно повезло, — сказал я и бережно подобрал драгоценность. Ведро аж передёрнуло от этого.
— Ням… — осуждающе сказало оно и добавило, принимая мои извращённые наклонности. — Ням.
— И не говори, — тяжело вздохнул я, взлетел по ступеням в дом, наскоро заскочил в душ, переоделся в свежее, а затем остановился у панорамного окна. Внизу напротив тренировочной площадки, возле ангара стояла машина, и у неё возился техномант Молотов. По дороге полз грузовик со свежими пиломатериалами. Со стороны земель Скорбогатова появилась ассенизаторская машина и свернула к моему сектору переработки, где стояли трансмутатор и биореактор.
Идиллия развитого мира. Напоследок, приведя себя в порядок, я бросил взор на завесу Изнанки. Ждёшь меня?
Внутри пробудилось нетерпение. Сейчас я стану на шаг ближе к своей цели. И, возможно, чуточку её видоизменю, если всё пойдёт так, как планируется. Только бы получилось. Только бы сработало.
И оно сработало! Я понял это, когда Тихон вышел из кузни. Сухопарый мастер нёс в руках то, что я ждал целых две недели.
— Вот, значит, ваше благородие, — сказал он, скрывая за равнодушным выражением лица трепет создателя. Видно, что кузнец отвык от работы такого плана, и подобное задание оказалось ему в приятную диковинку. И потому он вложил в него душу. Я чувствовал силу клинков даже сквозь тряпьё, в которое они были завёрнуты.
Однако ни единый мускул не дрогнул на моём лице.
— Как просили, значит, — добавил Тихон.
Я взял один из мечей, посмотрел на то, как солнце играет на металле, как переливается золотая гравировка.
— Строя крепости, помню о мире, — прочитал я текст. Покачал головой в задумчивости. В моих руках было будущее. Будущее не только этого мира, но и моего мира. Я получил оружие против Бессмертных…
Так, торопиться не будем. Сначала испытания. Пока возможности порченого золота в связке с Эхом не проверены. Может, ничего и не выйдет. Тихон следил за мной настороженно и нетерпеливо. В помещении за его спиной шумно работал его помощник. Из дома неподалёку лилась ритмичная песня, в которой приятный женский голос обещал дождаться имперского солдата. Электричество всё больше и больше входило в быт местного населения. А за моей спиной чумазый мальчишка лет десяти изучал квадроцикл, на котором я приехал.
— Что ж… Спасибо, Тихон. Сколько с меня? — закончил я изучать оружие.
— По тридцатке за каждый, — не моргнул тот. — Как договаривались.
Я вытащил восемь бумажек, пересчитал их и протянул мастеру.
— Много. Так не договаривались, ваше благородие, — поморщился тот. — Хотел бы больше, запросил бы больше.
— Не хотел бы давать, не дал бы, — в тон ему ответил я.
— Второй клинок смотреть не будете? — не стал спорить кузнец, не глядя сунул купюры к себе в поясной кошель.
Мощь другого меча я чувствовал и так, но, конечно, стоило порадовать творца. Бережно взяв в руки клинок, в целом очень даже средний по боевым качествам, я хмыкнул. Здесь гравировка была интереснее. Глаза Тихона заблестели совсем как у юноши, но только на миг.
Я любовался проделанной работой. Над надписью «Храня Томашовку» тонкими линиями красовался силуэт знакомого холма, на краю которого даже нашлось место для статуи артиллериста.
— Впечатляет.
— Вы не просили ничего конкретного, кроме того, чтобы было связано с Зодчими и с Томашовкой, — с деланным равнодушием ответил Тихон, но ему совершенно точно понравилась моя реакция. А его слоган про крепости вполне зайдёт как девиз.
— Получилось отлично. И я приду ещё, — улыбнулся я кузнецу.
— Любой каприз за ваши деньги, господин Зодчий, — хмыкнул тот, поклонился и пошёл к себе.
Расход порченого золота на эти рисунки был, полагаю, бешеный. И пусть стоит оно сейчас копейки, но это всё же временная история. Если моя теория верна, то ресурс потребуется абсолютно всем. А это значит, мне нужно озаботиться запасами до того, как пойдут слухи.