— Спасибо, — улыбнулся я командиру охотников.
— Пока не за что. Если ваш план выгорит, то я просто хочу быть тому свидетелем.
— Это не дорога в один конец, господин Вепрь, — усмехнулся я. — В случае если что-то пойдёт не так, мы можем вернуться. Бессмертный не в силах покинуть своей тюрьмы. Она даёт ему всё, но она же его и держит. Меня гораздо больше тревожит тварь, которая там появилась. Вот её нам хорошо бы найти и уничтожить.
— Вы знаете, как она выглядит? — прищурился Вепрь.
— Скверна многолика, — помотал я головой.
— Что же, ваше благородие, выходит — будем искать.
— В таком случае предлагаю разойтись.
— Да, ваше благородие.
Он двинулся к двери, но остановился:
— И ещё я хотел сказать спасибо за то, что вы нам поставили. Оно было лишним, но, признаюсь, сделало моих людей чуточку счастливее.
А меня немного богаче, подумал я и улыбнулся. Лагерь вольных охотников чуть изменился с моей помощью. С трёх его сторон выросло по санитарному модулю. Все стилизованы под сложенный из брёвен терем. Вписались они в округу идеально. Внутри каждого было десять индивидуальных ванных комнат и уборных. Постройка закончилась ещё вчера, но у меня всё язык не доходил спросить, всё ли хорошо.
— Это самое малое, что я могу сделать. Моё предложение обеспечить вас более комфортным жилищем в силе, господин Вепрь. Разумеется, с учётом приоритетов.
— Спасибо, не нужно. Комфорт ведёт к деградации.
Он вышел, а я посмотрел на часы. Время обеда.
— Вот вы где, — села напротив меня Александра Панова, когда я приступил к котлеткам с картофельным пюре. — Вы не возражаете?
Она аккуратно оправила складки юбки, чтобы они легли изящнее, и положила локти на стол.
— Госпожа Панова! Очень рад вас видеть, — улыбнулся я рыжей красотке. — Конечно, не против. Хотите чего-нибудь? Здесь чудесный морс из…
— Я знаю про повторный инцидент со Скверной, — перебила меня девушка.
— … облепихи, — договорил я. — Похвальная осведомлённость. Мне казалось, что вы в расследовании не участвуете.
Отрезав ножом кусочек котлеты, я подцепил его вилкой и отправил в рот. М-м-м…
— У меня есть друзья, — улыбнулась Александра, зачарованно глядя на то, как я жую. — Вы так вкусно едите.
— Потому что это действительно чудесное место. Первое ваше знакомство не задалось, понимаю, но дайте ему ещё один шанс.
— Охотно. Кстати, хотела вас поблагодарить за вашу доброту. Очень уютные у вас домики. А как поют соловьи ночью!
— Это они умеют. Есть новости по вашему делу?
— Знаю только, что нашли Шибанова, Смирнова и Хаирова. Их допрашивают и, как я слышала, одобрено снятие слепков. Особисты работают в ставке Специальной Комиссии сейчас, на землях графа Игнатьева, но оттуда у меня новостей нет.
Я глотнул морса.
— Им словно не до Скверны! — возмутилась девушка. — Все прикрывают свои пятые точки!
— С вами не связывались?
— Жду со дня на день. Но по всем порядкам должны были. Может быть, уже здесь, в Томашовке. Я знаю, что иногда люди из Особого Отдела работают скрытно.
— Сомневаюсь, думаю, мой ИскИн бы давно уже сообщил об этом, — отмахнулся я. — Отдыхайте, наслаждайтесь жизнью. Работа от вас никуда не денется.
Передо мной возник Черномор. Ярко-белого цвета.
— Хозяин… — дрожащим голосом проговорил он. — Простите, но, должно быть, при очередном обновлении были повреждены сегменты памяти. От вас не поступало никаких инструкций на счёт необходимости отслеживать каждого посетителя ваших земель, особенно связанных со специальными службами. Я исправно собираю данные по каждому, но…
— Есть лица, которые могут меня заинтересовать? — мысленно спросил я.
— Трое, Хозяин. Я правда не думал, я… Простите!
— Позже.
Черномор тотчас исчез.
— Что-то случилось? — живо поинтересовалась Александра. — У вас был такой вид, будто вы очень глубоко задумались и покинули меня.
— Всё в порядке. Так что, получается, пока особисты трясут Специальную Комиссию — расследование стоит? — поинтересовался я.
— Из Петербурга прислали ещё одного старшего комиссара, он занимается этим вопросом. Смежный отдел, вроде бы доверенное лицо самого Васнецова. Несколько людей после проверки поступили в его распоряжение. Думаю, они скоро к вам наведаются.
На этих словах она понизила голос и посмотрела на меня со значением.
— Мне скрывать нечего.
Во взгляде девушки появилось сомнение:
— Вы связаны с обоими инцидентами, ваше благородие. Боюсь, вы первый человек, кого следовало бы допросить.