— Увы, — с максимально сокрушённым видом пожал плечами я. — Знал бы…
— Но слепки у вас. Вы так и не сказали, откуда они, — прищурилась Александра, глядя мне в глаза. — Может, у вас есть ещё что-нибудь?
— Госпожа Панова, простите, но я уже говорил, что не могу выдать вам свои источники. Спросите у господина Керна. У вас на это есть полномочия.
— Вы хотели сказать: «у Конычева»? — улыбнулась Панова. — Неуловимого многоликого Конычева. Хитро придумали, ваше благородие, выбрать такого психоманта.
— Никого я не выбирал. И разговор перестал быть томным, сударыня, — усмехнулся я. — Мы ведь нормально общались, зачем всё портить?
— Кто-нибудь может настоять на снятии слепков с вас, — продолжила Александра и добавила, со значением. — Не я, конечно, но….
— Я Зодчий, — пришлось напомнить девушке. — С нами так не поступают. Да и чтобы отправить благородного человека на стол психоманта, потребуются крепкие доказательства.
— Были ли они у Конычева, когда он потрошил сознание графа? — ну наконец-то оперуполномоченная стала тем крепким профессионалом, который пришёл выводить меня на чистую воду несколько дней назад. А то мне даже тревожно стало от невинной неловкости девушки.
— Александра, откуда мне знать, — пожал я плечами. — Вам помочь с вещами?
— Все мои вещи со мной, — вздохнула Панова. — Вы, кстати, приятно пахните.
Между нами до сих пор было сантиметров двадцать. Никто не сдавался и не рвал дистанцию. Мне кажется, когда-нибудь это всё-таки сыграет свою роль.
— Вы тоже, но нам пора, — сказал я. — Нас ждут.
Она порывисто взяла меня за руку:
— Простите, если я сейчас была груба. Я понимаю, что вы не враг. Это профессиональное.
— О, прекрасно понимаю, сударыня. На вашем месте, я поступил бы так же.
Александра медленно отступила, но руку отпустила с большой задержкой.
— Вы не связаны со Скверной. Но вы очень непростой человек, — сказала она с горькой улыбкой. — Очень непростой… И ваши достижения говорят об этом громче любых слов.
— Простых людей вообще не существуют. Есть те, кто хочет казаться такими, — подмигнул я девушке, надеясь, что она не расценит это как флирт.
Вечером достроился форт. Здания без тонкой техники и состоящие и старого доброго металла, пусть и с некоторыми защитными вкраплениями дорогих материалов, возводились сильно быстрее и проще, чем напичканные сложными агрегатами дома. Однако огнемётные башни тоже были готовы, потому что я влил в них несколько оставшихся с рейда сфер. Сейчас не до экономии. Мы должны укрепиться на новых территориях.
Мебель для пиршества заделали прямо здесь. С лесопилки приехала машина, привезла кучу свежих досок, и уже знакомые мне мужички из Орхово: Кабальный и Борцунов, с помощью отдыхающих бойцов сколотили несколько длинных столов. В отличие от солдат — горе-плотники по сторонам смотрели с опаской. Изуродованная Изнанкой земля была им в диковинку.
Патрули имперской армии сменялись тройками охотников. Сам Вепрь изучал построенный форт, а витязь не скрывал своего недовольства грядущим действием. Однако я обещал устроить гулянку — значит устрою. Правда, без алкоголя. Потому что если вдруг случится непредвиденное, то мне не нужна толпа упившихся солдат на пути атаки Изнанки. Если бы ещё можно было развернуться в недрах форта… Но там место для обороны, а не для жизни. Если дозорные поднимут тревогу — успеем укрыться за стенами.
Отсутствие выпивки, надо сказать, я нивелировал приличным количеством всяческой снеди. Служба доставки привезла килограмм двести различных яств. Семь ресторанов Малориты собирали угощение, и у церкви его перехватили мои люди, чтобы привезти сюда, в сердце новых земель Империи.
Теперь разнообразные блюда украшали свежесколоченные столы, и за ними собирались те, чья смена выходить на дежурство ещё не наступила. Оружие бойцов стояло тут же, рядом с хозяевами. Над полем, где раньше царил Шепчущий Колдун, теперь растекался человеческий смех.
— Это есть вери чарминг, ю ноу, — сказал Дигриаз, снова оказавшийся неподалёку. Барон помогал с доставкой. Грузил термоизоляционные коробы с горячей снедью на лошадей, таскал их уже здесь, сливаясь с остальными. «Псеводамериканец» казался своим как посреди солдат, так и посреди тех, кто участвовал в организации пира.
— Ты бы знал, как меня это бесит, Билли, — поморщился я и пояснил. — Я про твой акцент. Иногда просто перегибаешь.
— Да? А я думал, это мило. Женщины находят меня забавным, — ни на миг не запнулся барон. Рядом с нами никого не было. Кроме Капелюша, стоящего на почтительном отдалении, но с ножкой индейки в руке. Водник старательно жевал, но с меня взгляда не сводил. И взгляд этот был преисполнен новой эмоцией. Телохранитель смотрел на меня так, как смотрят на святыню.