— Спасибо за честь, Василий Петрович.
— Это самая малость из того, что я мог сделать, — вздохнул он. — Слухи о ваших талантах летят далеко впереди вас. Да и не думаете же вы, что я забуду о том, как вы спасли мою жизнь? Как вы помогли вспомнить о таком понятии как честь. Дали набраться смелости, чтобы сказать нет Игнатьеву… Жаль, Борис не видит нас сейчас… Так всё плохо получилось, но такова цена попытки перехитрить дьявола.
Я молчал. Володин поник, но затем будто вспомнил о чём-то и взбодрился:
— Не подумайте, что я жалею о содеянном той ночью на лесопилке. Это был верный этап моей жизни. Я жалею только о том, что бы отвратительным отцом, раз упустил мою девочку. Хорошо, что жена этого не увидела.
Глаза седовласого заблестели, и он торопливо отвернулся:
— Прошу, ваше благородие, сделайте то, что нужно. Вы надежда Хрипска. Я рад, что мои мольбы были услышаны. Верю в вас.
Мне хотелось как-то поддержать седовласого, но подобное не в моих силах. Такие раны лечит только время, и то не всегда.
Так что я просто вошёл в Конструкт, а после того, как он признал меня и явил свой оцифрованный образ, в виде молодого дворецкого с прилизанными чёрными волосами и маленькими усиками, то запустил строительство Фокус-Столбов. Колодец в Хрипске оказался вполне приличным. Не той мощи, как в Томашовке, но вполне себе.
— Позвольте подсказать вам ваши следующие шаги, Михаил Иванович, — произнёс «дворецкий», когда я собирался покинуть Конструкт.
— Извольте, любезный, — остановился я, заинтересовавшись.
— Я предлагаю модернизировать три ключевых объекта в деревне Хрипск. Первый — водонапорная башня и насосные станции в поселении. Это неоптимальные элементы, и я предлагаю их снести. Вместо него можно выкопать очень глубокий колодец и построить систему забора воды при помощи колеса и вёдер. Это будет экономить наши ресурсы и обеспечит население Хрипска трудовыми местами.
Я не перебивал, слушая предложение.
— Второе: отключение электричества в ночное время. Это невероятно удобно, так как человеческий организм в это время должен отдыхать, а значит, мы способны накапливать генерируемую энергию, чтобы пустить её на важные объекты. И, наконец, третье. Часть территории занимает кладбище. Если снести его, то мы откроем возможности для возведения новых строений. Желаете прослушать дальнейшие шаги?
— Спасибо, не надо.
— Вы должны сделать точно так, как я сказал, Михаил Иванович. Я здесь, чтобы помогать вам.
Я вышел из Конструкта, но черноусый встал прямо передо мной.
— Создаю заказ на услуги землекопов и команды демонтажа. Расчётное время…
— Запрещаю, — остановил его я.
— Михаил Иванович, мои рекомендации просчитаны и чрезвычайно важны, — не унимался дворецкий.
— Без моей команды ничего не предпринимать.
— Но, Михаил Иванович, вы совершаете непоправимую ошибку!
Здесь, похоже, тоже придётся поработать.
— Последнее вмешательство в настройки аналитического модуля, — спросил я.
— Михаил Иванович, это не имеет отношения к делу.
— Это приказ!
— Девятнадцатое июля.
— Автор изменений?
— Блиновский Яков Борисович.
— Вернись к настройкам по умолчанию.
— Возврат невозможен из-за проработки алгоритмов на низком уровне. Михаил Иванович, прекратите заниматься ерундой. Мы должны снизить затраты, и я не могу сделать это без вашей помощи!
Я кивнул. Блиновского придётся найти за такие вот сюрпризы. Очень взрослый поступок, ничего не скажешь. Угробил ИскИн.
— Поставь себя на паузу, пожалуйста.
«Дворецкий» застыл с открытым ртом, явно собираясь выдать ещё какую-то поломанную мудрость.
Попрощавшись с Володиным, я спустился к машине и сел на своё место.
— Домой, ваше благородие? — уточнил севший за руль Якимов.
Я помотал головой и назвал адрес. А потом взялся за телефон. Нужно сделать несколько звонков.
Глава 21
— Рад вас видеть, Олег Степанович, — сказал я, когда наш автомобиль остановился возле забора в воинскую часть. Крепкий силовик Тринадцатого Отдела стоял рядом со своей машиной, опершись на крыло, и читал книгу. Увидев меня, Кадывкин радушно улыбнулся и захлопнул увесистый томик. Я успел разглядеть, что это был сборник стихов поэтов ближнего Востока. Интересные увлечения у мужчины.
— Взаимно, Михаил Иванович, — он протянул мне руку. — Очень приятно, что наша встреча проходит не в такой напряжённости, какая наблюдалась в прошлый раз. Признаюсь, у меня были весьма дурные предчувствия насчёт той встречи.