— Держи, — я протянул ему камень, который притащил вчера с освобождённых территорий. Приглянулся он почему-то правильной формой.
Нямко осторожно взял подарок, покрутил его в руках.
— Ням… — неуверенно сказал он и аккуратно положил на крыльцо. Отодвинулся в сторону. Хм… Неожиданная реакция. Значит, мы обрабатываем не все камни, мой кристаллосодержащий питомец? Ладно. Я скинул неудачный подарок на землю и посмотрел на часы. Сегодня будет важный день.
Но для начала я заглянул в Конструкт, где повозился с настройками, а потом пробросил гибкий канал до спящего в трактире «Логово Друга» Чеснокова. Убедился в том, что в любой момент смогу закрепиться за энергетический поток и поработать с техникой в радиусе его действия. Так, на всякий случай.
Граф Орлов, как выяснилось, тоже был жаворонком. Когда я прибыл в лагерь Тринадцатого Отдела, то тот уже бурлил деятельностью. Сам граф нашёлся возле костра, где сидел с походной миской и с куском хлеба. Рядом с ним расположился плотный солдат с даром огня, жадно выскребающий из своей плошки еду, а напротив Орлова старательно следил за котелком ещё один боец. Все вели себя так, будто каждый день завтракают со столь важной персоной.
М-да. Я иначе представлял быт Орлова, конечно. Где пафосный дворецкий, где самый большой шатёр и помпезная охрана?
— Михаил Иванович, вы так рано! — заметил меня граф и поманил к себе. — Отведайте каши? Лучший завтрак на свете, уверяю вас. Овсянка, сударь!
— Благодарю вас, но я уже сыт.
— Похвально, похвально. Но всё равно присаживайтесь. Господа…
Он сделал короткий жест, и солдат как ветром сдуло.
— Мне удалось пообщаться с моими коллегами, Михаил. И знаете, мы ведь пробовали порченое золото, — произнёс Орлов, сразу перейдя к делу. — Так что рассказывайте, в чём ваш секрет? Иконы и мечи это чрезвычайно разные инструменты. В них столько же общего, сколько между ложкой и потоком световых частиц. Поэтому, прошу, укажите мне что-то в качестве дополнительной информации. Пока я знаю только то, что и там и там вы использовали золото высокой пробы, которое не работает отдельно. Какой-то ещё материал используется? Краска? Содержание углерода? Не томите, Михаил.
Граф хмыкнул своим мыслям и неторопливо отправил ложку в рот, задумчиво глядя прямо перед собой. Я присел рядом с ним. Лукавить бессмысленно.
— И то и то — предметы искусства, Леонид Михайлович, — сообщил я. От костра приятно пахло дымом.
— Хм… Я почему-то так и подумал, — он скосил глаза на мой меч. — Вы позволите?
— Несомненно, Леонид Михайлович, — я потянул оружие из ножен, и в воздухе пахнуло магией. Аспекты воды и огня. Оба чародея были рядом. Один в шатре слева, второй у соседнего костра. Телохранители не дремали. Орлов с недовольным видом поднял руку, и возмущение сил моментально улеглось.
Граф бережно взял меч, изучая надпись.
— Предметы искусства, значит. И гравировка золотом. Интересное решение, — заметил он. — Но насколько хватит? Металл мягкий, сойдёт быстро. Кто мастер?
— Местный кузнец.
— Меч тоже его?
— Нет, меч работы другого мастера.
— Не штамповка, — вынес вердикт граф. — Иконы тоже делал этот кузнец?
— Нет. Но золото для них делал он.
Я не собирался юлить. Скверна развивается, а значит, и мне нужны союзники. А союзников необходимо вооружить.
— Надо проверить технологический процесс этого кузнеца, — кивнул своим мыслям Орлов. — Для чистоты эксперимента. Пробовали ли без этих вот художеств? Какое количество золота уходит на один предмет? А, такие вопросы надо задавать в другом месте.
Он щёлкнул пальцами, и рядом оказался подтянутый юноша в парадном мундире.
— Ваше сиятельство, я здесь!
— Найди Липку и Вознесенского. Чтобы через пятнадцать минут оба были в штабе.
— Есть!
Граф с удовольствием доскрёб кашу из миски и совсем не по благородному облизал ложку. Повернулся ко мне:
— Как в целом у вас тут успехи, Михаил? Никто не обижает? Есть ли сложности?
— Не такие, что потребовали бы помощи, сударь, — не стал жаловаться я. С Чесноковым сам разберусь.
— Похвально, похвально, — улыбнулся Орлов. — Однако не стесняйтесь просить, Михаил. Вы даже не представляете, как далеко распространяются полномочия Тринадцатого Отдела. Тем, кто верно служит Империи и сражается против врага человеческого — Скверны, мы всегда поможем.
— Верю, Леонид Михайлович, — сказал я и демонстративно посмотрел на повисший в небе военный дирижабль. Граф понимающе кивнул, затем хлопнул себя по коленям и поднялся.