– Продажа Знака.
Ко мне летит лишь одна книга среднего размера. Выглядит она не старой и даже почти непотрёпанной. Лишь корешок немного отходит. Не обращая на это внимание, я открываю книгу с первой же страницы и быстро перелистываю, бегая глазами по тексту, пытаясь выловить нужную информацию. Я проглядываю содержание, надеясь отыскать нужную главу, но названия настолько запутанные, что я решаю вернуться к первому способу поиска. Я вожу пальцем по строкам, думая, что так будет легче найти.
– Какого Нептуна в главе «Перемещение к началу» и говорится про то, что нам нужно?! – раздражённо шиплю я и сжимаю переплёт треклятой книги.
– Вообще, это вполне логично.
– Да пошли они со своей логикой.
Кай фыркает:
– Когда это ты стала такой злой?
– Месяц в обществе Высшего даёт о себе знать, – хмуро замечаю я и пробегаю глазами по маленькому тексту, который занимает всего лишь одну страницу. – То же самое. Те же два варианта. Да они ни звезды не знают!
Я швыряю книгу на пол и скатываюсь вниз, согнув колени. Кай присаживается рядом. В отличие от меня, выглядит он спокойным, хотя дело касается именно его.
– Я уговорю Высшего вернуть твой Знак, – обещаю я, подперев подбородок коленями. – Не важно, что он попросит. Я сделаю это.
– Эшли, не нужно.
– Почему? Кай, ты буквально марионетка в его руках! И дёрнуть за ниточки он может в любой момент, даже сейчас! Если тебе наплевать, то поздравляю, ты – конченный псих, не думающий о своей жизни! Может, ты и не заметил, то так уж и быть, скажу: мне не всё равно! Я переживаю за тебя, ибо твоя жизнь может оборваться в любую секунду по желанию Высшего и отправиться к Плутону! Или парни все такие тугодумы и вам действительно по барабану, умрёте вы или нет?! – выпаливаю я на одном дыхании.
Кай изумлённо хлопает глазами. Либо он прокручивает мои слова у себя в голове и даже не задумывается о своём ответе, либо он как раз придумывает его, но не находит нужных слов. Я глубоко дышу, обхватив колени руками.
– Эшли, – Кай протяжно вздыхает. – Мне не наплевать.
– Ведёшь себя так, как будто наплевать.
– Эшли, разве мне может быть наплевать на то, что мои родители буквально продали меня? – Кай говорит спокойно, однако его безмятежный тон хуже всякого крика. – Наверное, я должен быть в ярости или хотя бы удивиться. Но, знаешь, это ожидаемо от них. Понимаешь, они ведь любят меня по-своему, что ли, и я знаю об этом. Они никогда не говорили об этом прямо, да и не проявляли тёплого отношения. Их отстранённость, холодность, равнодушие стали привычны для меня. И если бы год назад они рассказали мне об этом, я бы даже не был расстроен. Я бы нашёл этому оправдание, даже был бы рад этому! Но сейчас что-то щёлкнуло. Может, мозг встал на место, – печально усмехается он, выдавливая из себя улыбку.
– Прости. Я не должна была кричать. Мне жаль, что твои родители поступили так.
– Мне тоже. Это вполне в их духе, но всё равно… Обидно как-то.
Возможно, мне сложно его понять. Своих родителей я не знаю, родная мать жалеет о моём рождении, а отец, вероятней всего, даже и не ведает о моём существовании. Предательства со стороны этих людей я не жду, но не потому, что они мои родители. Для меня они чужие люди, которые вряд ли появятся в моей жизни и захотят быть её частью. Они не больше, чем обычные прохожие на улице, чьи лица никогда не остаются в памяти.
У Кая же всё иначе. Он жил с родителями всю жизнь, они любили его, заботились и обеспечивали. Ему даже удалось уговорить отца хотя бы подумать над тем, чтобы удочерить меня. Кай получал от них всё, но тем не менее ожидал подобное предательство.
– Я найду способ вернуть твой Знак, – вновь говорю я. – Это нельзя так оставлять.
– Почему ты так хочешь мне помочь? После всего, что я сделал… Я приставал к тебе против твоей воли, применил к тебе технику крови, избил до потери сознания Марка.
– Это в прошлом, – перебиваю я его. – Тогда это был не совсем ты. По словам Высшего, это связано с тёмной стороной, которая есть в каждом.
– Но ты не простишь меня?
– Не прощу. Кай, пойми, это очень сложно, практически невозможно. Но ты всё равно остаёшься моим другом, даже после всего этого. Может, между нами и не всё так гладко, но я хочу тебе помочь.
– Так просто?
– Важные вещи всегда просты. Это мы любим всё усложнять.
Кай кивает и встаёт на ноги.
– Сейчас у меня занятие с Высшим, – сообщает он, пока я поднимаю книгу.
– Погоди, индивидуальное? – уточняю я.
Кай кивает, и книга выскальзывает у меня из рук, ударившись корешком об пол.
– Она ведь не первая? – интересуюсь я охрипшим голосом, а Кай наконец понимает, в чём дело. – Кай, как можно быть таким идиотом?!
Я поднимаю книгу и кладу её на стойку, чтоб больше ей не пришлось страдать.
– Я же не знал!
– Ты знал две недели! Если эти занятия проходят так, как я думаю, то сейчас ты всё ему выдашь! – я хватаюсь за голову, сжав волосы. – Тогда он поймёт мою ложь и лишит способностей. А я не смогу узнать о его планах. Я вообще не смогу помочь Эндрю!
Кай хочет вставить слово, чтобы хоть на секунду прервать мою скорую истерику, однако я делаю это сама:
– Хотя знаешь… Я смогу выкрутиться.
– Уверена?
– Абсолютно. Что-нибудь придумаю.
Кай слабо верит в мой уверенный тон, однако не возражает. Перед тем как уйти, он проходит по мне изучающим взглядом, который есть у всех Коллансов. Я отвожу глаза, будто меня это не волнует, и стягиваю резинку с запястья, завязывая волосы в хвост.
– Будь осторожна. И разберись с тем, что сейчас происходит с тобой. Если будет нужна помощь, только скажи.
– Я в порядке, – машинально отвечаю я, покончив с волосами.
– А ещё прекрати врать. Дурная привычка.
Я без всяких угрызений совести ставлю на его пути водный хлыст, об который Кай спотыкается. Он отвечает мне лёгкой улыбкой, той самой искренней и знакомой, и уходит. Я же задумываюсь о нашем положении.
Уже пять чемпионов настроены против Высшего, и к этому нужно привлечь остальных. Всего лишь семь подростков. Но даже двенадцати людей не хватит, чтобы противостоять владыке Зодиака. Однажды Высший назвал меня и Эндрю детьми и был абсолютно прав. Двенадцать детей ничего не смогут сделать против Высшего и его армии. Но в сердце всё равно кроется слабое предчувствие, что такой риск не будет напрасным.
И чтобы укрепить эту маленькую надежду, нужно убедить остальных чемпионов.
Я размышляю над тем, как это сделать, чтобы Высший не прознал. Точно не нужно говорить Каю об этом. Хоть он мой друг, но ещё он всё-таки шпион, пусть и не по своей воле. Весь октябрь я буду здесь, в доме, и шанса лучше мне не представится. Но лучше делать это ночью. Обычно, чемпионы ложатся очень поздно, так что возможность у меня есть. Никто не отменял водную проекцию, которой я до сих пор не научилась, но которая может оказаться такой полезной.
Я составляю примерный план до самого вечера, когда уже начинается закат. В любой бы другой период жизни я бы попыталась зарисовать удивительно нежное небо, его розово-лиловые облака и светло-оранжевый свет. Но сейчас этот закат служит лишь напоминанием, что мне пора на осмотр к доктору Фарреллу.
На самом деле об этом позаботился Высший. Он настоял на том, чтобы каждую неделю октября я проходила осмотр сил. Так будет ясней виден мой результат, насколько повысился показатель или же так и остался прежним. Я вовсе не против, доктор Фаррелл очень даже приятный человек. Однако его интерес к сидерам иногда меня пугает.
– Мисс Вентерли! – восклицает он, когда я вхожу в его кабинет. – Надеюсь, у вас всё в порядке. Жалобы какие-нибудь есть?
Разве что на Высшего.
– Всё в порядке, – отвечаю я, садясь на кушетку. – Только голова болит.
– О, об этом не волнуйтесь! Так на вас действует скорое полнолуние.
Фаррелл встаёт из своего тесного рабочего места и подходит к специальной машине, которая и измерит мои силы. Честно, это штуковина мне никогда не нравилась. В ней я была лишь один раз, после стычки с Муном, когда Высший наконец-таки сжалился и вернул мне силы. Безусловно, долгое их отсутствие повлияло на показатель, значительно снизив его. За эти две недели силы должны были прийти в норму, к тому же полнолуние, которое случится этой ночью, должно повлиять.