– Не трогай её! – тут уже нервы Эндрю на пределе. – Она ничего не знала!
Это первая ложь, сказанная им так убедительно. Но Высший сразу раскусывает её.
– Прошу! – Эндрю умоляет, он готов упасть на колени прямо перед своим врагом, и всё ради меня одной. – Это только наша вражда, и Эшли здесь ни при чём здесь! Убей меня, но не смей трогать её!
Эндрю хочет сделать шаг вперёд, навстречу ко мне. Но ему не позволяют ножи, которые кружат вокруг него до сих пор. Одно неверное движение, и его жизнь оборвётся, словно тонкая натянутая нитка. Вот только сей факт беспокоит Эндрю в последнюю очередь. В зелёных глазах, устремлённых только на меня, потух яркий огонь, да и сама жизнь в них исчезла.
Нож отходит от моей груди.
Когтистая рука Высшего взлетает вверх, и происходит то, от чего мой голос срывается на истошный крик. Лезвия, устремлённые в Эндрю, в один миг и все сразу врезаются ему в кожу. Удары приходятся по всему телу: и по рукам, и по ногам, и по спине, и по груди. Некоторые оставляют кровавые полосы и на лице. От тёмной одежды остались жалкие лоскуты, особенно верх. Все они насквозь пропитались липкой алой жидкостью. Эндрю не выдерживает и валится на колени.
Кровь везде. И на полу, и на стенках, и на самом Эндрю. Она льётся ручьём из грубых и глубоких ран. Она заливает ему глаза и всё лицо в целом. В воздухе поднимается тошнотворный металлический запах.
– Уведи её, – приказывает Высший, и молчаливый слуга вновь являет свой лик.
Он берёт меня и поднимает. Я не сопротивляюсь, да и не чувствую его прикосновений. Совсем ничего не чувствую, кроме глухой боли, возникшей в сердце при виде окровавленного Эндрю.
Слуга выводит меня и идёт вместе со мной к остальным чемпионам. Я тупо смотрю в гладкий пол, думая только об одном Эндрю.
Криков не слышно. Лишь тишина. Не знаю, что лучше. Высший вполне мог лишить языка Эндрю, чтобы не привлекать внимание чемпионов, до которых крики боли уж точно долетят. Однако это не похоже на него. Высший упивается чужой болью, он бы не стал лишать себя такого удовольствия, как вскрики Змееносца. И Эндрю это знает, поэтому и молчит. Не хочет предоставлять наслаждение врагу.
Но если бы он кричал, я бы была уверена, что Эндрю жив. Ведь его молчание и терпение могут многое означать. Высшему могло просто надоесть, и сейчас он кромсает уже мёртвое тело. Или же Высший довёл Эндрю до такого состояния, когда даже кричать нет сил, а любой вопль приносит невыносимую боль.
Что я скажу остальным? Что скажу друзьям Эндрю из его Тригона? И как я это скажу? Марк… Что будет с ним? Ведь он тоже обо всём знал. Он уже волнуется за своего друга, это было видно ещё с самого начала встречи. Мой рассказ о случившемся просто добьёт его. Марк полезет в самое пекло, нападёт на Высшего, так же глупо и безрассудно, как и я. А за ним потянется и Ари.
Слуга остаётся стоять в дверях, внимательно следя за чемпионами. Я медленно иду к своему Тригону, нервно сложив руки на груди. Моё появление удивляет всех. И не только из-за измученного вида, но и из-за того, что я вернулась одна. Без Эндрю. Без Высшего. Лишь с молчаливым слугой, который и роли не играет.
– Эшли?
Мелодичный и обеспокоенный голос Ханны. Его я, вроде как, узнаю.
– Эшли, что произошло? – она мягко обнимает меня за плечи, сажая на стул. Спасибо ей за это, ещё бы минута, и я бы рухнула замертво. – Кто с тобой это сделал?! – восклицает она, заметив липкую красную руку.
– Пустяки, – сипло отвечаю я.
– Эшли, где Эндрю?
Марк.
Святой Нептун…
– Где Эндрю? – настойчивей повторяет он и подходит ко мне, опускаясь на колени, чтобы видеть моё лицо. – Он в порядке?
Никто не останавливает его, даже Кай, стоящий позади меня. Марк молчит, ждёт моего ответа. Но слова так и не выходят из меня, они безнадёжно застревают в горле.
– Эшли, что с моим другом?! – Марк начинает терять терпение. А я контроль над собой. – Отвечай!
За этим наблюдают уже все чемпионы. Тригон Земли переглядываются друг с другом, Ари кидает взгляд на молчаливого слугу, Ханна и Кай стоят рядом со мной, Алан более серьёзный, чем обычно, а Аника и Вилора ждут моего ответа.
– Эшли, где Эндрю? – мягче, чем Марк, спрашивает Мишель.
Я не выдерживаю, и слёзы заполняют мои глаза, делая весь мир расплывчатым.
– Он знает, – наконец говорю я Марку. – Он знал всё это время.
Марк всё понимает. Его лицо становится каменным от ужаса, тёмные глаза стекленеют, рот остаётся открытым. Он лишь смотрит на меня, надеясь, что всё это глупая шутка и я рассмеюсь, смахнув фальшивые слёзы. Вот только слёзы настоящие, и я не могу их так просто остановить. Марк ждёт, не верит, что это правда. Как бы я хотела, чтобы это оказалось очередной ложью, что так легко сошла с моих губ.
Марк опускает взгляд в пол. И рычит, как самый настоящий зверь, готовый разорвать жертву на куски. Он выпускает когти и бросается к дверному проёму, рядом с которым стоит молодой слуга.
– Дай пройти! – рявкает Марк. Слуга не двигается, продолжая загораживать проход. – Дай пройти, грёбаный полудохлик! – громче повторяет он, направив на слугу когти. Марк выше подчинённого на целую голову и шире того в плечах уж точно в два раза. Однако светловолосый и бровью не ведёт.
– Марк, не нужно! – резко возражает Ари.
Но уже поздно. Когти Льва могли рассечь тощее тело слуги, но в итоге лишь задевают воздух. Слуга стал не то что невидимым, он будто превратился в неосязаемого призрака. Снова взмах, и опять удар приходится в никуда. Марка это начинает раздражать, и он решает просто пройти сквозь тело слуги. Однако тот снова приобретает ощущаемую плоть и одной лишь силовой волной отбрасывает Марка назад, прямо на стол.
– Дождитесь господина.
Но Марк не собирается ждать. Он встаёт и снова кидается в бой. Вот только когтей нет, огня в его руках тоже не наблюдается. У него исчезли способности, прямо как у меня. Но Марк понимает это не сразу, и вторая вона вновь кидает его назад.
– Что за?.. – последнее слово, сказанное Марком, очень неприличное, но очень подходит под ситуацию.
– Дождитесь господина.
– Ждать?! Да я тебе морду разобью, полурослик!.. – и вновь последнее слово, относящееся к слуге, имеет скверное значение, идеально подходящее к положению дел.
На этот раз к нему кидается Ари, пытаясь остановить его. Но на помощь уже приходят Питер и Тео, схватившие Марка за руки, удерживая его. Их лица заметно покраснели, они из последних сил держат сопротивляющегося Льва.
Я думала, Питер и Тео удерживают Марка из-за сострадания к слуге, который лишь выполняет приказ. Однако дело оказывается в другом. А именно в том, кого они заметили.
Высший идёт тихо, но быстро. Его металлические пальцы волочат безжизненное тело. Я уже знаю кто это, но молюсь, чтобы мои догадки не оказались правдой. Но надежда мигом испаряется, ведь, выйдя на свет, Высший демонстрирует чемпионам бездыханного и залитого кровью Эндрю Арко. Кто-то кричит от увиденного. Владыка Зодиака бросает его всем на показ, а Эндрю не издаёт ни звука, ни вдоха. Внутренняя часть ладони повёрнута вверх, показывая символ Змееносца.
– Ах ты!.. – с ненавистью орёт Марк, вновь произнеся нецензурное слово, пытаясь вырваться из хватки Тельца и Козерога. За оскорблением следует и другие грязные выражения.
Высший никак не реагирует на гневные высказывания.
– Перед вами единственный в своём роде Змееносец! – провозглашает Высший. – Эндрю Арко или выдающийся Стрелец своего поколения! Вот только он оказался трусом, способным лишь скрываться за спинами своих близких! И сколько людей страдало из-за этой лжи! Его родители, его друзья, вы сами, – металлическая маска поворачивается в мою сторону. – Даже невинным детям он приносил боль!
Нет. Высший не скажет этого, да и никто не клюнет на его ложь.
– Мне жаль это признавать, – загробный голос пропитывается фальшивой ноткой сочувствия. – Я, как и вы, считал Эндрю Арко достойным и благородным человеком. Но родившийся монстром человеком не станет никогда. Змееносец похитил двух сирот из Тригона Воды и хладнокровно убил их!