Теперь он уже слышал шум наверху, двумя этажами выше. Заливая кровью рукоять меча, чудище снова поднялось на задние лапы и бросилось на него. Он ударил его фонарем, и оно снова упало. Он сунул фонарь ему в зубы, и только так сумел ухватиться за рукоять и высвободить меч. В наступившем полумраке собака извернулась и напала снова, на этот раз целясь ему в ноги. Теперь он был уже начеку и не колол мечом, но рубил. Его удар рассек чудищу череп прямо по глазу и уху.
Собака билась в луже собственной крови. И все же она была еще жива. Не позволяя ей напасть снова, он продолжал рубить. Руки его сделались скользкими от крови, свет фонаря неровно мерцал. Он отсек чудищу голову. Тело снова выпрямилось, пытаясь достать его когтями передних лап. Он ударил еще раз, разрубив его пополам. Половины беспомощно задергались, а голова все продолжала рычать и щелкать зубами. Впрочем, двигаться она больше не могла, поэтому он отвернулся от нее и побежал вверх по лестнице.
Где-то вдалеке ударил колокол — условленный сигнал. На первой же площадке он услышал с обеих сторон коридора шум: мужскую ругань, женский визг. Он должен был бежать дальше, на помощь к своему Королю. Эта собакоподобная тварь напала на него, едва увидев, — выходит, хоть атака нацелена на Короля, опасность угрожала всем.
Примерно на середине следующего пролета он услышал стук когтей, продолжавших преследовать его. Не обращая на них внимания, он взмыл наверх и ринулся по коридору. Впереди мелькали огни, освещавшие бой людей с монстрами. На полу валялись тела: люди с разорванными глотками, дергающиеся части собак. Люди одерживали верх, и все новые мечники высыпали из соседних дверей.
— Тихо! — проревел он. — Клинки остаются с Королем. — По-другому и быть не могло. — Рыцари, ступайте и уничтожьте остальных. Очистить дворец!
Почти по пятам за ним из темноты вывалилась целая стая монстров; глаза их горели в свете фонарей. Овчарки, мастифы, бульдоги, волкодавы, терьеры, кудлатые болонки… бывшие. Теперь многие передвигались на задних лапах, большинство были ростом с человека или даже больше, с кошмарных челюстей капала слюна. Двери обороняло человек двадцать, так что он пробился через них и постучал в дверь условным стуком: три, два, раз…
Лязгнули засовы, и дверь чуть приоткрылась. На него уставились перепуганные глаза, и его пропустили внутрь. Дверь охранял Сокол — тот курносый паренек, которого он впервые повстречал несколько лет назад, возвращая меч Волкоклыка в Айронхолл. Теперь Сокол был уже офицером, хотя скорее благодаря мастерству фехтования, чем сообразительности. Он снова захлопнул за ним дверь и задвинул засовы. Его командир тем временем уже бежал в королевскую опочивальню.
По дороге он миновал четырех разрубленных на мелкие куски собак и два человеческих трупа. Полог балдахина был сорван, выставив на обозрение закутанную по подбородок в одеяла девушку. Она сидела так высоко на взбитых перинах, что возвышалась изваянием над головами окруживших кровать кольцом мужчин. Он успел заметить ее побелевшее лицо и широко раскрытые глаза. Казалось, она хочет закричать, но ей не хватает воздуха.
Король в малиновом халате стоял у кровати, сжимая в руке меч. По выражению его лица можно было предположить, что кому-то придется ответить за это головой, возможно, даже не одному. Вокруг него стояли Клинки и рыцари. На полу валялись дергающиеся обрубки собачьих тел. Судя по количеству, собак было четверо, и все были большие. Просто огромные. И кровь. Много крови. В воздухе стоял густой запах крови, и, вскрытых внутренностей. Дорогие ковры годились разве что на помойку.
Где-то далеко звонил колокол и слышались крики, но в спальне воцарилась внезапная тишина.
— Тебе не следовало появляться перед нами в столь неподобающем виде, коммандер. — Король наверняка был потрясен сильнее, чем хотел бы это показать, но явно владел собой. Даже развлекаться начал, жирный ублюдок.
— Раненые есть?
— Ничего серьезного, — ответил Дредноут, сменивший Змея на посту его заместителя. Руки его и светлая борода были забрызганы кровью. На левой белела наспех повязанная тряпка. — Но мы потеряли двоих.
— Я видел. — Дюрандаль наскоро пересчитал присутствующих. Тридцать с небольшим. Если уж и этого не хватит, то он не знает, сколько вообще нужно для обороны. Благодарение духам, Король не держал в спальне собак. Последняя Королева, впрочем, держала — не меньше четырех-пяти одновременно, — но это прекратилось с ее смертью. Очень кстати!