Вереница вьючных верблюдов растянулась по склону холма, но одинокий всадник проскакал галопом обратно вдоль каравана, крича на скаку: «Показалась Самаринда!» Купцы, погонщики и стража смеялись или отвечали ему радостными криками. Доскакав до конца каравана, он развернулся и вернулся на свое место рядом с Дюрандалем. Он улыбнулся, блеснув ослепительно белыми зубами на загорелом лице — сэр Волкоклык, разумеется.
Что бы сейчас подумали о них двоих шивиальские придворные? Лица их под смешными войлочными шапками в форме конуса загорели почти дочерна. На них были мешковатые штаны и бесформенные деревенские халаты цвета выжженной травы, и от них пахло мужским, конским и верблюжьим потом. Волосы и бороды развевались на безжалостном ветру. Только мечи с кошачьими глазами в рукоятях выдавали в них тех, кем были они на самом деле — или кем они были когда-то и надеялись стать снова.
— Дойдем до заката?
Волкоклык уверенно кивнул.
— Конец путешествию, хвала духам!
Столь редкое проявление энтузиазма даже слегка удивило Дюрандаля.
— Разве это путешествие не было интересным?
Его Клинок вопросительно покосился на него.
— Относительно, сэр. Вы обещали мне моря, горы и пустыни — этого было в достатке, ничего не могу сказать. Разбойники — тоже. Помнится, вы говорили что-то про диких зверей. Не то чтобы очень много. То же самое с пиратами. А вот враждебно настроенных дикарей… что ж, этих вы обеспечили в избытке, — он не упомянул еще змей, скорпионов, лихорадки, кораблекрушение, горный обвал, лесной пожар и дизентерию.
— Ты выходил меня. Если бы тебя не было со мной, я бы гнил в безымянной могиле в Фирдонии. Или кормил рыбу.
В легкой улыбке Клинка мелькнуло удовлетворение. По меньшей мере дважды он спасал жизнь своего друга ударом меча, что поставило его на одно очко впереди Дюрандаля.
— Вы меня тоже спасали. И нам еще предстоит возвращение домой.
— Наслаждайся путешествием. Остаток наших жизней покажется после этого пустым и скучным.
— Я и наслаждаюсь, каждой минутой. — Он окинул взглядом горизонт. На склоне черными точками показались еще несколько лошадей. — Я тут подумываю, не убить ли Кроммана.
— Что за новости! За что?
— От него мои Узы свербят.
Возможно, он шутил — трудно сказать. Волкоклык оказался потрясающим спутником, надежным и выносливым как меч, неприхотливым, изобретательным и не по годам рассудительным; не раз и не два он удерживал Дюрандаля от безрассудных поступков. Он без колебаний убьет инквизитора, если посчитает, что на это есть причина.
— Мы никогда не добрались бы сюда без него, — возразил Дюрандаль. — Возможно, он будет так же полезен на обратном пути. Для убийства необходимы доказательства вины, Волк, — не обязательно, ибо некоторые Клинки способны чисто инстинктивно чувствовать угрозу своему подопечному.
— Он говорил мне, что они составили раз ваш гороскоп, и он предсказал, что вы будете опасны для Короля.
Дюрандаль рассмеялся с уверенностью, которой на самом деле не ощущал.
— Я это знаю, и Король это знает. Его это не беспокоит, так с какой стати это должно беспокоить тебя? На гороскопы можно полагаться не более, чем на старушечьи предсказания погоды.
— Я это тоже знаю. Важно то, что Кромман верит в это. А раз так, он опасен для вас. Он может даже не желать вашего возвращения домой.
— Я искренне считаю, что он больше подспорье, чем угроза, Волк.
Клинок задумчиво покосился на своего подопечного.
— Вопрос в том, насколько он подспорье. Одна из причин, по которой я не доверяю ему, — это то, что он не доверяет нам. Он вооружен заклятиями, о которых нам не говорил. Мне, например, хотелось бы знать, почему одеяло инквизитора Кроммана выглядит в точности как мое, на ощупь тоже не отличается от него, но весит втрое больше?
Дюрандаль не знал этого — к удовлетворению Волкоклыка.
— Я полагаю, что он по природе своей скрытен.
— Тогда зачем он рассказал мне про гороскоп? Почему он все время так враждебно настроен?
— Потому, что его научили не доверять никому в его инквизиторской школе. Мне кажется, он никогда не простит мне того, что я избежал его когтей однажды, только и всего. Я знаю, что он мерзкий тип, но сарказм — не доказательство вины. У него много хороших качеств.